Наконец-то все это кончилось...
***
Мне снился странный сон. Как Будто бы мы с Гасом шли куда-то весело о чём-то переговариваясь. Нам обоим было явно лет по двадцать, от чего внешность наша внешность сильно изменилась, но откуда то я все равно знал, что человек рядом — мой брат.
Затем мы очутились на краю какой-то горы, за которой красовалось огромное, бескрайнее море. А глубоко под водой проплывало нечто огромное, настолько большое, что лишь при одном взгляде на ЭТО — бросало в дрожь.
Почва под ногами неожиданно начала проваливаться и вместе с грудой камней мое тело летело прямо в обиталище этого чудовища.
***
Гул десятков голосов — это первое, что донеслось до моих ушей, после пробуждения. Лоб покрылся испариной, кошмары такие кошмары. Несколько минут ушло на то, чтобы ужас, испытываемый во сне ушёл, после чего я наконец понял, что происходит и резко вскочил с постели.
Жители деревни никогда не приближались к нашему дому, это все из-за слухов. По какой-то причине маму считали ведьмой, обвиняли во всех бедах, а ещё… говорили, что именно из-за нее погиб отец. Конечно, это все не правда, но ведь людей не переубедишь.
Мамы уже не было внутри, это пугало. Раньше лишь изредка хулиганы или пьянчуги могли кинуть чем-то тяжелым в окно или в крышу, часто что-то кричали проходя мимо, но в последнее время было довольно тихо, выходит, не просто так.
Я вплотную прислонил ухо к двери, чтобы чётче слышать о чем там говорят. По началу это давалось ужасно, десятки голосов и чей-то плачь сливались в базарный гул, разобрать конкретных слов не выходило, но затем…
— Тихо! — заглушил всех громкий баритон, это определенно был староста.
Его присутствие здесь успокаивало. Не было конфликта, в котором он принимал чью либо сторону, даже когда это касалось нас. Если глава деревни тут — значит все будет хорошо.
— Жанна, — обратился он к моей матери. — Постарайся остудить свой гонор. Прояви мудрость и отвечай честно, сейчас это важнее всего. Грета сказала, что ты приходила к ним и говорила с ее мужем на повышенных тонах — это правда?
Тон старосты был хоть и басистым, но казалось, что он вкладывал в эти слова всю мягкость, на которую был способен.
— Правда, — ровным голосом ответила мама.
— Конечно правда! Разве стала бы я врать? Дети наши повздорили... вот она пришла разбирательства... устраивать, — рыдая, говорила Грета. — Детишки повздорили… Обычное же дело. А как мой муж выпроводил ее не желая слушать, так она и заколдовала его. Прошло полчаса, Бари резко в лице изменился и в лес бросился… Там лесничий его и нашёл… мертвым уже!
На последних словах спокойствие женщины совсем улетучилось и следующие слова уже потерялись в рыдании.
Гул из голосов снова поднялся, но на этот раз уже получилось разобрать некоторые слова.
— А у меня корова недавно подохла, я видел ее рядом с ней!
— Сдохни, ведьма!
— Сожжем ее, сколько можно терпеть?!
…
— Тихо! — староста снова попытался успокоишь всех.
— Вернон, а не приворожила ли она тебя? Чего это ты так за неё заступаешься постоянно?
— Тихо, я сказал! — проигнорировал заводилу глава деревни. — Жанна, ты причастна к смерти Бари?
— Какая разница? Что бы я не ответила, мне все равно не поверят, не вижу смысла тратить на это время, — твёрдо ответила мама.
В следующую же секунду послышался удар чем-то твёрдым об стену.
— Хватит с нас! Закидаем ее камнями! — послышался чей-то голос, а затем по чувствовалось еще несколько глухих ударов об стены.
— Я готов вынести решение! — слова старосты заставили всех замолчать.
— Жанна, жители этой деревни выбрали меня главой, потому что уверенны в правильности моих решений. Именно в правильности, а не в справедливости. — староста вздохнул. — И правильным решением в этой ситуации будет дать людям сделать то, чего они хотят. Просить прощения не буду. Ты сама выбрала такой путь. Пожалуйста, иди с нами добровольно.
— И отпрысков своих прихвати. Яблоко от яблони, как говорится — выкрикнул кто-то из толпы.
— Но это же просто дети… — растерянно пробормотала Грета
— Какие ж это дети?? Это отпрыски двианов, не считайте их за людей!
После этих слов последовала нерешетильная тишина. Чувства людей явно разрывались, между жаждой справедливости и человечностью.
— Троните моих детей и я трону ваших, — кровожадно прорычала мама.
Растерянный гул медленно начал перерастать в неодобрительное перешлптовыние.
— Видите?? — снова начал заводила. — Не люди они, кончать с ними надо!
— Закрой рот, Бенжамин! — выкрикнула Грета.
— Но… Я же из-за тебя это! — недоумевал мужчина. — Черт с ними, парни потащили ее!