Прощайте, Щуки и свекольные поля! Милые улыбки с той и с другой стороны, пожалуй, чрезмерно милые, и Мария Склодовская расстается с семейством З. Свободной возвращается она в Варшаву и с наслаждением впивает воздух родного города. Но вот она снова в поезде. Маня едет на мрачный балтийский пляж, в курорт Цоппот, где сейчас проводят время ее новые хозяева.
Из Цоппота Маня пишет Казе 14 июля 1889 года:
«Путешествие мое прошло благополучно, вопреки моим трагическим предчувствиям… Никто меня не обокрал — даже не пытался, я не перепутала ни одной из пяти пересадок и съела все сардельки; не могла прикончить только булочки и карамельки.
В дороге нашлись доброжелательные покровители, которые мне помогали во всех моих заботах. Опасаясь, что в порыве своей любезности они съедят мои припасы, я не показывала им моих сарделек.
Муж и жена Ф. ждали меня на вокзале. Они очень милы, и я сразу привязалась к их детям. Значит, все будет хорошо, да это и необходимо!»
В «Шульц-отеле» этого летнего курорта, где, как пишет Маня, встречаешь все тех же лиц, где говорят только о тряпках и других вещах, таких же интересных, жизнь не очень увлекательна:
«Погода холодная, все сидят дома: пани Ф., ее муж и ее мать; и у всех такое настроение, что я охотно провалилась бы сквозь землю!..»
Но вскоре и родители, и дети, и наставница возвращаются в Варшаву.
Предстоящий год обещает быть сравнительно приятной передышкой в жизни Мани. Пани Ф. очень красива, очень элегантна и богата. Носит дорогие меха и драгоценности. В ее платяных шкафах висят платья от Ворта; гостиную украшает ее портрет в вечернем туалете. За время своего пребывания у Ф. Маня знакомится с очаровательными безделушками, каких сама она никогда не будет иметь.
Первая и последняя встреча с роскошью! Встреча— ласковая благодаря приязни пани Ф., которая, прельстившись «замечательной панной Склодовской», поет ей хвалы и требует ее присутствия на всех приемах и балах…
И вдруг — гром при чистом небе: однажды утром почтальон приносит письмо из Парижа. Этим невзрачным письмом на четвертушке писчей бумаги, написанным в университетской аудитории между двумя лекциями, благодарная Броня предлагает Мане пристанище на будущий учебный год у себя, в своей новой супружеской квартире.
Броня — Мане, март 1889 года:
«…Если все пойдет, как мы надеемся, я летом, наверно, выйду замуж. Мой жених уже получит звание врача, а мне останется лишь сдать последние экзамены. Мы останемся в Париже еще на год, за это время я сдам выпускной экзамен, а после этого мы вернемся в Польшу. В нашем плане я не нахожу ничего неразумного. Скажи, разве я не права? Вспомни, что мне двадцать четыре года, — это неважно, — но ему тридцать четыре, что уже важнее. Было бы нелепо ждать еще дольше!
…А теперь относительно тебя, Манюша: надо, чтобы, наконец, и ты как-то устроила свою жизнь. Если ты скопишь за этот год несколько сот рублей, то в следующем году сможешь приехать в Париж и остановиться у нас, где найдешь и кров и стол. Несколько сот рублей совершенно необходимы, чтобы записаться на лекции в Сорбонне. Первый год ты проживешь с нами. На второй же и третий год, когда нас не будет в Париже, божусь, что отец тебе поможет, хотя бы против был сам черт.
Тебе необходимо поступить именно так: слишком долго ты все откладываешь! Ручаюсь, что через два года ты будешь уже лиценциатом. Подумай об этом, копи деньги, прячь их в надежном месте и не давай взаймы. Может быть, лучше всего обратить их теперь же в франки, пока разменный курс рубля хорош, — позже он может пасть…»
Казалось бы, Маня придет в восторг и ответит, что она вне себя от счастья и приедет. Ничего подобного! Годы изгнания развили в ней болезненную совестливость. Демон жертвенности сделал ее способной сознательно отказаться от своей будущности. Так как она пообещала своему отцу жить вместе с ним, так как она хочет помогать сестре Эле и брату Юзефу, то Маня решает уже не уезжать.
Броня настаивает, спорит. К несчастью, у нее нет решающего довода: она так бедна, что не может оплатить дорогу младшей сестры и посадить ее насильно в поезд. В конце концов было решено, что Маня выполнит свои обязательства перед пани Ф. и останется в Варшаве еще на год. Она будет жить с отцом и пополнит свои сбережения уроками. А затем она уедет…
Наконец-то Маня попадает в желанную атмосферу: собственная квартира, присутствие старого учителя Склодовского, интересные разговоры, которые будят ум. «Вольный университет» вновь открывает перед ней свои таинственные двери. И радость ни с чем не сравнимая, событие первостепенной важности: Маня впервые проникает в лабораторию.