По обычаю она вручила своим оппонентам— Липпманну, Бути и Муасану — на их рассмотрение текст своей работы «Исследования радиоактивных веществ; мадам Склодовска-Кюри». И — событие невероятное — она купила себе новое платье, черное, «шелк с шерстью». Говоря точнее — Броня, приехавшая в Париж на защиту диссертации, устыдила Мари ее заношенными платьями и насильно повела в магазин. И уже сама вела переговоры с продавщицей, щупала материю, указывала переделки, не обращая внимания на хмурое лицо младшей сестры.
В солнечный июньский день, солнечный и торжественный, Броня сама нарядила Мари с такой же тщательностью, с тем же увлечением, как двадцать лет тому назад, в 1883 году, когда девочке Манюше, одетой, как и теперь, в черное платье, предстояло получить из рук русского чиновника золотую медаль по окончании гимназии в Краковском предместье.
Мадам Кюри стоит совершенно прямо. На ее бледном лице, на выпуклом лбу, совсем открытом благодаря зачесанным вверх волосам, заметны тонкие морщинки — следы того сражения, которое она дала и выиграла. Физики, химики теснятся в комнате, пронизанной солнцем. Пришлось поставить дополнительные стулья: исключительный интерес к тем исследованиям, о которых будет идти речь, привлек людей науки.
Старый доктор Кюри, Пьер Кюри, Броня сели в глубине зала, втиснувшись между студентами. Рядом с ними видна говорливая стайка юных девиц; это севрские ученицы Мари, явившиеся аплодировать своей преподавательнице.
Три оппонента во фраках сидят за длинным дубовым столом. Они по очереди задают вопросы кандидатке. И господину Бути, и Лйппманну, своему первому учителю с тонкими вдохновенными чертами лица, и господину Муасану Мари отвечает приятным, мягким голосом. Держа в руке кусочек мела, она рисует на доске схему какого-нибудь прибора или пишет основную формулу. Она излагает результаты своих работ сухими техническими фразами с тусклыми прилагательными. Но в умах окружающих ее физиков, молодых и старых, жрецов науки и учеников, все это преобразуется по-другому. Холодная речь Мари превращается в образ зажигательный, восхищающий, в образ одного из самых больших открытий XIX века.
Ученые не одобряют красноречия и разглагольствований. Присуждая Мари степень доктора, судьи, собравшиеся на факультете естествознания, тоже употребляют выражения простые, не блестящие, но, когда их перечитываешь через тридцать лет, эта крайняя простота придает им глубоко волнующее значение.
Председатель Липпманн произносит сакральную формулу:
— Парижский университет дарует вам звание доктора физических наук с «весьма почетным» отзывом.
Когда умолкли скромные аплодисменты, он добавляет просто, дружески, застенчивым голосом старого профессора:
— А от имени жюри, мадам, я должен выразить вам лучшие поздравления…
Эта строгая постановка защиты, этот серьезный и скромный церемониал, совершенно одинаковый и для талантливого искателя звания и просто добросовестного работника науки, не должны вызывать иронического отношения.
В них есть свой стиль, свое величие.
За несколько лет до защиты диссертации и до того, как заводское производство радия развилось во Франции и за границей, супруги Кюри приняли одно решение, не придавая ему особого значения, а между тем оно сильно отразится на всей остальной их жизни.
Очищая уранит и выделяя радий, Мари выработала для этого нужную технику и создала самый способ производства.
С тех пор как стали известны лечебные свойства радия, повсюду начались поиски радиоактивных минералов. В нескольких странах возникают проекты промышленного производства радия» между прочим в Америке и Бельгии. Однако же заводы не смогут производить «баснословный металл», пока их инженеры не узнают тайны, какими способами выделять чистый радий.
Как-то воскресным утром в домике на бульваре Келлермана Пьер излагает своей жене создавшееся положение вещей. Только что почтальон принес ему письмо из Соединенных Штатов. Пьер внимательно прочел его, сложил и бросил на письменный стол.
— Надо бы нам поговорить о нашем радии, — начал он спокойным тоном. — Теперь совершенно ясно, что производство радия широко распространится. Вот как раз послание из Буффало. Тамошние техники намереваются создать завод для добычи радия и просят меня дать им сведения.