Николь обвела пытливым взглядом впавший в задумчивость персонал, но намёка на возражения не заметила. Продолжила:
— Эффективность атаки на планету будет, естественно, заметно ниже. Как я сказала — считать надо. Но живого на планете, даже на доступном нам уровне боевой эффективности, ничего не останется. Это точно. И, чтобы до конца прониклись, потребуется на этот «акт вандализма» всего несколько секунд. До полуминуты, примерно. Ну? Осознали?
В общем-то, это была не новость. О мощности вооружений на «Прайме» все имели достаточно адекватное представление. На многих испытаниях «лично присутствовали», так сказать. Но вот так, применить это знание к планете? К Земле?!.. хоть и в теории…
— Поэтому, Руслан, пойми: две новые роты пехоты — особой роли не сыграют. Повторюсь, пора избавляться от планетарных стереотипов мышления. Случись чего… ну, я не знаю, мало ли… для каких-либо специальных операций нам и Тимирязевской роты хватит. Особенно, если их будут поддерживать пять-шесть десятков кораблей с высокой способностью к трансформации и возможностью скомпановать их в считанные минуты под любой необходимый профиль. Будь то дальняя разведка, спасательные операции, космический бой или производственно-транспортные задачи. Уточню — корабли должны быть укомплектованы командами универсалов от трёх-пяти до, скажем, двадцати человек, способных как пилотировать свои корабли, так и владеть оружием, основами тактики… ну-у, какими есть… и навыками работы в открытом космосе. Леннокс на последнем аспекте подготовки особенно настаивала. Именно для пилотов. Это и понятно: вот я, к примеру. Считаюсь лучшим пилотом и вообще — каперанг. Но выкини меня в пространство, хоть на палубу «Прайма», — она заговорщически переглянулась с Яной, — И будет жалкое зрелище.
Джамбина проворчала что-то одобрительное. Потом вдруг сказала:
— Я всё понимаю, парни. В первую очередь то, что программа подготовки десантной группы шлифовалась долго и кропотливо ещё на Земле. И первая рота — по сути, венец этой подготовки. Но, вдумайтесь реально, поймите: чтобы адекватно себя чувствовать в открытом пространстве, мало пройти генетическую коррекцию и перебороть психологический барьер неприятия, боязни пустоты, космоса вообще… Необходимы ещё адекватная физическая подготовка и рефлексы, позволяющие свободно ориентироваться при смене вектора и напряженности поля тяготения. Короче! Все мы, кроме первой роты и, может быть, монтажников и производственников, вынужденно нарабатывавших эти навыки годами, все мы, в открытом космосе, не просто жалкое зрелище — но, возможно ещё и одноразовое.
— На счёт одноразового ты перегнула, Яна, — возразил Гай, — Да и на жалость зря давишь.
— Тем не менее они правы, — заметил Лузгин, — И Яна, и Николь. И Синди. Чем дифирамбы мастерству первой роты петь… Предлагаю принять их уровень подготовки за базовый, и прогнать через Тимирязевскую школу весь персонал. По возможности. Учитывая то, что жить нам первое время, возможно даже лет десять или больше, придётся не на планете, а именно в космосе. И подготовка эта не будет лишней. Первую роту мы конечно, вряд ли догоним по уровню, у них опыта и дальше будет всё больше…