— Ладно… Тогда Северцева с оружейниками запрягаем в одну лямку, и пусть думают, как шлюпы фазерами и ракетами вооружить. Пусть хоть до трансформации в боевые корветы системы просчитывают… в проектах пока, конечно. Возражений, надеюсь, нет? Пилоты-универсалы — подразумевают флот. А иметь такой флот, и не вооружить его — ну глупость же беспросветная…
Джамбина вздрогнула, но ничего не сказала. Николь немного нервно встала с места:
— Рус? Ты понимаешь, до чего мы сейчас с твоей подачи додумались?
— Ты мне льстишь, — парировал Лузгин, — Подача, как раз твоя была, не стоит скромничать. И рефлексировать по вопросам нравственности и миролюбия — тоже не стоит. Вот ты, Николь, чем руководствовалась, предлагая усложнённый курс комбинированной подготовки?
— Выживанием… сам понимаешь, причём ты — лучше остальных, вопрос не праздный. У нас и так уже несколько человек погибло. Если не готовить людей к новым условиям — потери неизбежны. Было бы нас хотя бы тысяч двести… да что это я? фу-фу, даже в этом случае, таких нелепых потерь на ровном месте необходимо избегать!
— Именно, — подхватил Руслан, — Минимизировать потери, заложить прочный фундамент универсализации под дальнейшее развитие — для этого и нужна подготовка. Выводы, сделанные Кирком в этой ситуации — естественно-логичны, сами понимаете. Повторим цепочку ещё раз. Безопасность и возможность развития требуют массовой десантной и пилотажной комбинированной подготовки. Далее: наличие такого количества персонала, способного пилотировать корабли, подразумевает наличие доступных кораблей, иначе — нечего и затеваться. То есть, если будет у нас всего три-четыре группы пилотов, от которых мы будем все зависеть…
Рус сделал паузу, что-то обдумывая.
— Ладно, — буркнула Яна, — Все люди взрослые, что ты нас на элементарные реакции вынуждаешь! И так понятно: и «все», и «всё»! Будем зависеть. Дальше!
— Да, и такая зависимость, как вы понимаете, будет связывать развитие нашей группы по рукам и ногам. А ведь мы делаем ставку именно на развитие… это понятно. Так вот, количество способного пилотировать персонала подразумевает адекватное количество доступных кораблей. А невооружённый флот такой численности — это нонсенс…
— Не пойму, — сказала Николь, — Ты намекаешь, что мы не сможем контролировать вооружённый флот такого размера?
— Руська! — Яна чуть не взвыла, — Хватит нам мозги ломать! И без тебя тошно! Быстро признавайся, чего ты там нафантазировал!
— А вот здесь — стоп! — заявил Руслан, — Дальше не лезьте, предупреждаю ещё раз, в такие дебри залезете, я вас потом оттуда не вытащу. Вот сошлись на этой логической цепочке… я с самого «утра» её обдумываю… нам этого этапа развития — никак не избежать, похоже. Вот и будем действовать согласно выработанному императиву. Когда дальнейшая проблема прорисуется в деталях — я вас сам с ней познакомлю. Тогда и думать будем. А сейчас и гадать нечего. Всё. Я ушёл. Чем буду занят, вы знаете. Если что — я на связи.
Лузгин коротко кивнул, герметизировал скафандр и исчез за створкой шлюза.
— Вот страхов-то нагнал, бессовестный! — посетовала Яна, — Чего он нас запугивает-то?
Гай откинулся в ложементе, закинул ноги на консоль:
— Да ничего не запугивает. Ян, ты просто к его манере никак не привыкнешь до сих пор. Ты же раньше «весь этот воз» сама тащила. Вся ответственность на тебе. Была. Просто расслабься…
— Расслабишься тут! — взъелась вдруг Джамбина, — Я не пойму, вы чего все куклами сидите? У меня одной ощущение возникло, что этот мелкий паршивец нами рулит, как хочет? Ну? Чего молчите?
— Ты, наверное, хотел сказать не мелкий, а квадратный, — попытался съязвить Гай.
— Не суть, — отмахнулась Джамбина, — Нет у вас ощущения, что мы сейчас приняли решение, которое он запланировал с утра, а? Он ведь прокололся! признался сам. И. Что самое поганое… не вижу я возможности, как бы мы могли этого избежать! Ведь сами-же, сами! Вот вы — сами. И я ничего возразить не смогла… и до сих пор не могу — нечего. Всё вроде логично. Но! Почему меня не отпускает ощущение, что всем процессом формирования идеи тотальной милитаризации и создания… да чего тут юлить — грандиозного боевого флота — рулил он?!