— Да! Я знаю — ДА! — Яна даже вскочила, — Чего вы на меня так смотрите? Несколько экспрессивно, я понимаю… Но! Вы знаете, что со мной было, когда Софья мне одно стихотворение прочитала?… лет тридцать назад… Стихотворение это, как раз из того времени — становления оголтелого Империализма. Я, наверное, с полчаса рыдала от распирающих меня противоречивых эмоций! Одно, папу его, стихотворение это… а вот результат… — Яна грустно улыбнулась, — Да, и вот результат…
— Стихотворение? — заинтересовалось Николь, — Поделишься?
— Результат? — уцепился за слово Гай.
— Одно, папу его, стихотворение, — задумчиво повторила Яна. Взгляд поплыл в неизвестные дали воспоминаний. Яна нехотя вынырнула через несколько секунд, — Поделюсь. Конечно, поделюсь. Ещё не знаю, когда и как, при каких условиях, но обязательно! Я не знаю, может время для этого специальное выбрать, или обстановку… А результат… — она повернулась к Гаю, потом окинула взглядом всю рубку и странно усмехнулась, разведя руки в стороны, — Вот результат. «Прайм». Льщу себя мыслями, по поводу своей причастности к проекту.
Все замерли, переваривая информацию. Гай, даже, тихонько присвистнул.
— Круто! — согласился Кирк, потом встал, — Ладно, пойду — меня Ольга уже ждёт, — он направился к шлюзу, вдруг остановился, — Кстати! Чуть не забыл. Гай, ты сказал: «они право имеют». Ты наш первый взвод имел в виду? В честь чего? Я чего-то не знаю?
— Точно! — торопливо заявила Николь, — Не знаешь! Гай же тебе так и не успел рассказать! Кирк, мы сейчас тут такое созерцали, «замерев и дыхание затая»! Укрощение Каменюки! Вот этими вот девчатами и парнями. Первым взводом. Там целое «сражение» было — они выиграли.
При слове «сражение» Гай нахмурился, Кирк недоумённо вскинул бровь. Николь не заметила.
— На самом деле — впервые такой сложный «вольностранствующий» объект в разработку взяли. Мы, когда реально поняли на какого «зверя» первый взвод наткнулся, несколько раз порывались им задание отменить, поискать более покладистую «зверушку» для работы. Петров однозначно высказался: «Это — невозможно! Ищите другой объект»… согласна, несколько неожиданно от этого маньяка от науки. Только Гай нас за шкирки тут час держал. Типа «не лезьте!», «не мешайте! Они справятся!», «вот увидите, дайте им шанс!». Не знаю, как остальные это всё выдержали, — она окинула взглядом рубку, — Лично я изнервничалась вся, пока не поняла — сделают! Смогут!
— И, ведь, сделали! Смогли! — странным тоном поддержала Джамбина, — Даже выжили все!.. что удивительно. Йенч эта ваша — чокнутая вояка, маньячка, хуже Петрова. Я думала — у меня сердце не выдержит, смотреть на все их выкрутасы. Взвод она собрала — себе под стать! Что называется — дали ей волю! Тоже, отмороженные все на голову! Нет бы — свалить оттуда, с Каменюки этого. Так нет же! Упёрлись и уделали строптивца!.. Честь и Слава героям! — неожиданно заявила она севшим голосом. — Нужны, ох нужны нам такие… всему человечеству!
Кирк развернулся, разгерметизировал шлем, скатал его в ворот и сделал пару шагов от шлюза. Это был уже снова, прежний Кирк, мощный, сильный — скала — не просто человек. Способный решать, делать, и отвечать за свои действия. Он внимательно осмотрел всех в рубке, казалось, каждому заглянув в глаза. И вдруг встал по стойке смирно. Яна тоже встала и вскинула голову, в глазах блеснули слёзы:
— Нам есть, кем гордиться! Нам есть, чем гордиться! — добавила она, продолжая стоять.
До тех пор, пока не встали все. Даже кибернетики вынырнули из своих мониторов.
— Пора, пора вводить свои наградные знаки… — проворчал Берсенев, — Медали, ордена… не знаю… знаки отличия… Только вот, на Земле они означали не просто славу, но ещё и дополнительный денежный эквивалент. Не только денежный эквивалент, конечно, много всего разного. Но! Именно денежный эквивалент нам заменить нечем. В который раз уже в этот нюанс утыкаемся. Не награждать же повышенной дозой ответственности и дополнительной нагрузкой. Сильно подозреваю, что это не сработает. Или сработает как раз наоборот. В героев станут тыкать пальцами и называть дураками… найдутся, ведь и такие индивидуумы. И, чем дальше, тем больше их будет появляться… тех, кто сам не смог, но зависть затаил, для кого «своя «шкура» ближе к телу». Джамбина об этом в одной из своих первых работ по социологии ещё писала, все закономерности по полочкам раскладывала… Знаете, такую? — Гай «коварно» усмехнулся и подмигнул Яне, — Замечательная женщина!