Яна даже не задумалась:
— Боюсь спрашивать, как вы это обеспечите… но поддержу. Сама знаю — эта плесень в космосе точно не нужна. Моё условие только одно — без фанатизма! Ты понимаешь, о чем я говорю! — она пытливо посмотрела ему в глаза, — И… подожди, Рус…, во-первых, хватит мне «выкать». Не чувствую я себя на «вы» старой, тем более рядом с тобой. Во-вторых — за живое задел! Ты создавал императивы формирования своей команды на основании моих выводов? Ты серьёзно?!
— Ну не все. И не только, и не столько я-один. Это же понятно. А так — абсолютно серьёзно. Мы изучали и твои работы в том числе, и они нам очень помогли. Не стоит их недооценивать.
— Но как же… — Яне вдруг стало жарко — ничего себе он признания выдавать начал! И чёлка снова сползла на глаза. Она попыталась её сдуть, не вышло, пришлось поправить рукой, — Но у меня же не получилось… криво как-то вышло… По факту. Реакция… социальная… совсем не та пошла. Сильно отличалась от той, на которую я рассчитывала! Ну, ты сам понял, — она поводила рукой над головой, — Не мы, в результате, корабль построили — я с этим уже почти смирилась…
Она сделала паузу, дожидаясь подтверждения. Лузгин слегка пожал плечами, но всё же, наконец, кивнул. То есть признался. Почти официально. И что? Легче стало? Яна закусила губу, но долго рефлексировать себе не позволила, продолжила:
— Да. Факты — вещь упрямая. До сих пор не пойму, что Я сделала не так? Вы ошибки нашли? У вас-то всё получилось, вроде…
Лузгин неопределённо тряхнул головой.
— Что у нас получилось — будем смотреть по факту. Оценивать эти факты — судить нас — будут потомки. Им, как ни странно, «виднее»… В наших силах… решить ситуацию сейчас: обеспечить себя потомками. Создать им условия для дальнейшего выживания, для продолжения рода. Поверь, — Рус попытался максимально смягчить слова, — именно это — самое важное. Мы вынуждены будем принять такое понимание ситуации. Иначе, судить нас будут уже не наши потомки. И вся наша жизнь — пуф, пустой звук. По историческим меркам, всего лишь краткий миг. Никем не понятый, не оценённый, даже почти незамеченный. Мало того — просто не интересный. Никому.
Он дал ей время освоиться с информацией.
— Понимаешь, сегодня эти слова прозвучат странно, а в нашем социуме — так и вообще неприлично, но… Нет более надёжных союзников в продолжении рода, чем мужчина и женщина. А значит и в выживании всего вида «человека разумного», в принципе. Чего бы нам приверженцы толерантности не внушали, какие бы отклонения не культивировали. И, насколько я знаю, именно ты-то, как раз ЭТО понимаешь лучше остальных.
Вот же…! Ничего себе намёки! Яна чуть не вздрогнула. Да у них же точно досье на меня есть! Да ещё какое — с аналитикой! И он его наизусть знает! Кошмар! Нет-ну что мы за безопасность такая? Позорище!
— Итак. Исполнителей мы определили. Согласна? — Руслан продолжал тихо, неторопливо ронять слова. — Замечательно. «Инструмент» для выполнения поставленной задачи — почти готов, я тебе уже в этом признался. Дело за малым: осознать, что мы на самом деле естественные союзники. Ну что, Яна, время объединять усилия? Готовить специалистов, команды к слиянию. Необходимо отработать тактику и логистику… ну, скажем так, ИСХОДА. Который состоится… я обещал, что скоро? В течение трёх, максимум пяти-шести месяцев. Но, скорее раньше, чем позже. И именно в этот срок мы должны уложиться. Итак, ваш ход, сударыня…
Шустрый парень.
Пробила неприятная дрож.
Три месяца… всё равно, что — завтра. Сама-то думала, кораблик ещё года два достраивать… судя по отчётности.
Яна по инерции «ощетинилась». А если я взбрыкнуть попытаюсь? Хоть бы и чисто теоретически? Ну, реально, что мы, можем сделать? Особенно в сложившейся ситуации.
У них силовое решение заготовлено, к бабке не ходи!
В отличие от нас.
И провоцировать их на демонстрацию этой силы — ой-как не хочется! Хоть прадеда его вспомнить, чтоб ему… жилось долго и счастливо! Ну, Михаил Александрович! Как же ты нас всех тогда, и безопасность, и милицию, и армию — хлоп! и вокруг пальца! Причём получается — для нашей же дурной-бабьей пользы! Ты же просто государству хитро подсунул то, что нам ну никак терять было нельзя. Но что мы по своей бабьей дурости действительно чуть не похерили! Это ж на твоём наследстве правнук развернулся, да и сын с внуком, явно дурака не гоняли!
Результат — вот он.
На орбите болтается, ночью в бинокль видно.
Да я и сама там была, на орбите, и корабль этот совсем не в бинокль видела! Только дилетанту может показаться, что он там — на орбите, просто так, сам собой появился. Я-то, хоть и поздно, но сообразила — это конечный «продукт» СИСТЕМЫ. Структуры. Причём структуры, самой сильной на планете. Они смогли сделать то, что никому в принципе больше не под силу. По разным причинам, но — не под силу. Никому. Даже нам, как оказалось. И не в финансах там дело, в принципе не в финансах.