Приходила я в себя, от прикосновения чьих-то рук к своему телу. С меня в наглую срывали одежду, задевая когтями тело и оставляя на нем свежие царапины. Болело все. Я попыталась отыскать здоровый участок, ммм, уши не болели. «Ну хоть что-то», - попыталась я порадоваться.
Извращенец, уже сорвал мои шмотки, и теперь дерзко елозил руками по моему телу, причиняя новую боль. Я прям почувствовала себя героиней БДСМ. Сто и одна грань удовольствия боли. Я приоткрыла глаза, наблюдая новое действующее лицо. Им оказался темноволосый оборотень, но янтарный глазки, смотревшие на меня, не оставляли сомнений, чей подарок пытается мною овладеть. Парень пыхтел, пытаясь добиться от моего израненного тела восторга. Да, не судьба, милок, я сегодня непотребе. Видать до него это тоже наконец то дошло, он помянул какого-то Армиса, и расположился между моих ног.
- И часто практикуешь некрофилию? -прошептала я хрипло, губы треснули.
Эх, водички бы.
- Ты не труп, - огрызнулся парень, пытаясь приспустить брюки.
- Не огорчайся, я уже почти, -съязвила я, ощущая, как упирающийся в меня бугорок стал спадать.
- Чтоб тебя, -злобно рыкнул, подскакивая пацан.
Я не шевелясь лежала, не смущаясь своей наготы. В таком виде на меня вряд ли бы зомби позарились, а они те еще любители. Как же все болело. Хорошо боль была тупая, и словно долбила мозг, ожидая, когда первой взорвется голова.
Парень заметался по камере. Затем решительно замер, стащил с себя рубашку и вновь шагнул ко мне.
- Ты самое жалкое зрелище из всех, что я видел, -процедил он. -Но я должен выполнить приказ отца.
Он решительно подхватил мое безвольное тело и впился в мои губы поцелуем. Я отстраненно терпела, собираясь с силами, пока он то ли целовал, то ли жевал мои губы. Пусть, я потерплю своего часа. Наконец мальчишка прижал меня к стене и отпустил, я безвольно скатилась по ней, оказываясь на коленях. Завалится на бок он мне не дал, вцепившись в мои волосы и удерживая мою голову на уровне паха. Другой рукой он опустил брюки и воткнул мне в рот своим хозяйством, я вскинула голову, вглядываясь в его сосредоточенное лицо. Мои глаза яростно и с торжеством блеснули. Дождалась! Моя челюсть с силой сомкнулась, и камеру озарил его крик. Он дернул мои волосы, пытаясь вырвать свой причиндал, но я, рыча, вцепилась еще сильнее, ощущая, как все сильнее смыкаются зубы. Он уже хрипел от боли и с силой приложил мою голову об стену. Сознание поблекло. И я с улыбкой на окровавленном лице отключилась.
Приходила я в себя уже на мягкой постели. Я ощущала прохладу простыней, и они были словно бальзам для моего избитого тела.
- Яри, -услышала я полный боли шепот Арманда, -выпей мою кровь, малыш, ну же.
Я ощутила его кисть на своих губах. Чуть распахнув губы, я помогла ему влить в мой рот кровь. С трудом я сглатывала, давясь и кашляя. Мой вампир умолял меня пить еще, и я пила, понимая, что моя и их жизнь зависит от меня. Я ощущала, как внутри меня все скрипело и хрустело, срастались кости, хрящи возвращались на место, притягивая сухожилия и связки. Спустя некоторое время, я ощутила, как боль отступила, не оставив после себя ничего. Слабость тоже ушла, и лишь шок и апатия не хотели сдавать позиции.
- Выйди, я хочу побыть одна, -с мольбой произнесла я, и вампир, беспрекословно покинул меня.
Оставшись одна, я медленно откинула одеяло, и прошла в ванную. Перед зеркалом я остановилась и посмотрела на себя. Из зеркала на меня смотрела все та же я, лишь слегка худее. Но вот выражение лица, глаза... Это была не я. На меня смотрело холодное чудовище. Я медленно помылась, расчесалась. Вытерлась и натянула найденную в шкафу вампирчика его рубашку и брюки, подвязав их его же поясом. Затем я взяла нож для фруктов и представив отца Мелиссы, почесала пятую точку.
Вышла я в какой-то комнате. Вокруг было кровавое месиво. Я увидела чьи-то руки и ноги отгрызенные, обойдя кровать, я увидела голову с остеклёнными глазами цвета янтаря. Отец Мелиссы. До него добрались раньше меня. Я представила следующую жертву, и вновь оказалась в новой комнате. Здесь не было крови, лишь к стене было прижато тело моего неудачного насильника, а из его рта торчал клинок меча. Глаза у жертвы были вырваны. Опять опоздала. Я шагнула за последней жертвой. Я оказалась в темнице. Цепями к стене была прикована Мелисса. Вот с кем обошлись гуманно. Вся одежда цела, не капли крови. Она смотрела на меня все с той же ненавистью.
Я подошла к ней, крепко сжимая в руках нож.
- Будет больно, -мягко сказала я, -Очень.
- Ты не такая. Ты не сможешь, -в испуге запричитала Мелисса, не отрывая взгляд от ножа. - Я девушка, меня нельзя трогать.
- Правда? - как-то отрешенно спросила я, надвигаясь на нее.
Я занесла нож, прикидывая с какой части ее лица начать, как словно со стороны я увидела себя: взлохмаченную, озверевшую, потерявшую внутренний свет. Мне стало так мерзко. Это не я, это чудовище, которым я бы никогда не захотела бы стать. Я опустила нож, и взмолилась, обращаясь к Богу и моля дать мне прощение за то, что чуть не натворила, прося принести покой в мое сердце. По моим щекам потекли слезы отчаянья, а в моих устах разносились слова молитв, которые как оказалось я все же помнила наизусть. Какое-то облегчение накрыло меня и боль, и ужас отступили.
Я остановилась, лишь дочитав все всплывающее строки в мозгу до конца, и посмотрела на Мелиссу. Она была словно парализована. Что это с ней? Я обернулась и увидела полное злобы лицо богов: Кнота и Сереста.
-Как ты посмотрела взывать к чужому Богу в нашем мире, -прорычал Кнот.
- И призвать его сюда? - взревел Серест.
Я испуганно отшатнулась.
- Но Он покровитель людей. Наш Отец и защитник. А к кому мне еще было взывать? - пролепетала я.
- Так тебе покровитель нужен? -взревел вновь Серест, и двинулся на меня. - Сейчас я стану твоим покровителем.
Я взвизгнула, смутно догадываясь как мои покровителем может стать бог вампиров. С другой стороны, на меня наступал Кнот.
- Или хочешь меня в покровители?
-Нет, -взревела я, отступая от них.
Вдруг боги замерли, что-то разглядев за моей спиной.
-Не смей ее трогать, это наша игрушка, Ариабелла, -прогромыхал Кнот.
Я в испуге обернулась, и замерла в восхищении. Передо мной стояла совершенная девушка. У нее была хрупкая фигура и совершенное личико, с аккуратными губками и небольшим носиком. Словно куколка, с огромными глазами, цвета золотистого янтаря и пушистыми медовыми ресницами. На лице была россыпь веснушек и небольшой румянец. Волосы того же медового оттенка, что и ресницами, мягкими волнами спускались до бедер. Само совершенство. Она подошла ко мне, и положила мне руки на плечи.
- Я тебя не обижу, -нежным голосом сказала она.
По мне словно ток прошел, и я ощутила внутри себя какую-то непередаваемую волну восторга.
- Отныне я твоя покровительница, -торжественно заявила она. - Отныне ты-ведьма, Настя.
- Ведьма, но как? - в шоке спросила я.
- Со всеми магическими последствиями, - сказала мне богиня, и отодвинув меня, пошла к Кноту и Сересту.
- Отныне над ее судьбой вы не властны. Отец услышал ее. А теперь вон.
И те действительно исчезли. Затем богиня посмотрела на меня.
- Настя, я вижу путь своих подопечных. Скоро все будет хорошо. Я не оставлю тебя. Отец и я давно уже следим за тобой и мамой твоей. Отныне мама твоя может прожить жизнь вновь, а тебе осталось пройти еще испытания. Держись и скоро встретимся.
И она исчезла, оставив меня с недоуменно озирающийся Мелиссой.