— На мои деньги? — улыбнулась Салли.
— Ты хранишь и кой-какие мои деньги. Знаю, их немного, но вместе мы справимся. Черт побери, Салли, мы можем осесть там, где захотим! Только мы с тобой.
Она затянулась, наблюдая за ним.
— Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж, Нат Старбак? — спросила Салли спустя мгновение.
— Конечно!
Разве она это не поняла?
— О, Нат, — улыбнулась Салли. — Ты мастер убегать.
— Я не убегаю, — ответил он, уязвленный упреком. Она не заметила его обиду. — Иногда мне хочется выйти замуж, Нат, а иногда и нет. А когда мне хочется, то видит Бог, дорогой, я скорей выйду за тебя, чем за кого-либо другого, — она печально улыбнулась. — Но ты скоро от меня устанешь.
— Нет.
— Молчи! — она приложила пальчик к его губам. — Я видела, как ты смотрел на ту набожную девицу в госпитале. Ты всегда будешь хотеть узнать, каково это — жениться на девушке из твоего круга.
— Это несправедливо, — возразил Старбак.
— Но это правда, дорогой, — она снова затянулась сигарой. — Мы с тобой друзья, но из нас выйдет плохая супружеская пара.
— Салли! — запротестовал Старбак.
Она прервала его.
— Я переживу эту войну, Нат. Если янки придут, то я плюну на них, а затем выбью из ублюдков деньги. Я не знаю, чем еще могу заняться, но точно знаю, что не убегу.
— Я не убегаю, — возразил он, но слишком вяло. Она на мгновение задумалась.
— Ты никогда не знал нужды Нат. Я знаю кучу парней вроде тебя. Вам нравятся ваши удобства, — на сей раз она заметила, что задела его, и потянулась, чтобы дотронуться до его щеки.
— Может, я и ошибаюсь. Я постоянно забываю, что это не твоя страна, а моя, — она на мгновение умолкла, размышляя, а потом наградила его быстрой улыбкой. — Наступает время, когда нужно встать на ноги, а не сидеть на шее у отца. Так учил меня папа. А я не пасую перед трудностями, Нат.
— Я не…
— Тсс! — основа коснулась его губ. — Я знаю, что янки еще не победили, а ты говорил мне, чтобы одолеть одного из наших, понадобится пять янки.
— Я хвастался.
— Как и все мужчины, — улыбнулась она. — Но свинья еще визжит, дорогой. Нас еще не разбили.
Старбак затянулся. Он убедил себя, что Салли поедет вместе с ним. Ни на одно мгновение он не мог представить, что она предпочтет остаться перед лицом победы янки. Он думал, что они вместе убегут и создадут свое маленькое убежище вдали от всех мирских тревог. Ее отказ оставил его в расстроенных чувствах.
— Нат, — позвала его Салли. — Так чего же тебе хочется?
Он задумался над вопросом.
— Я был счастлив прошлой зимой, — сказал он.
— Когда был вместе с ротой. Мне нравится быть военным.
— Так если тебе чего-то хочется, дорогой, просто иди и возьми это. Как бы сказал мой па, этот мир тебе ни черта не должен, а значит, тебе придется выйти в него и вырастить всё, что тебе нужно, сотворить это, купить или украсть, — улыбнулась она. — Ты говорил правду об этом шпионском деле?
Он взглянул на нее.
— Да. Клянусь.
— Так иди и поймай ублюдка, дорогой. Ты обещал доставить письмо, так сделай же это. А если ты хочешь потом сбежать, то дело твое, но только делай это сам, без меня, — она потянулась вперед и поцеловала его.
— Но если ты вернешься назад, дорогой, то я буду здесь. Я твоя должница.
Именно ради Салли Старбак прикончил Итана Ридли, и за этот поступок она была искренне и глубоко ему признательна. Она бросила окурок в камин.
— Ты хочешь, чтобы я отдала тебе твои деньги?
Он покачал головй.
— Нет, — его уверенность растаяла, опять наполнив его сомнениями. — Ты сделаешь мне одолжение? — спросил он Салли.
— Если это в моих силах, конечно.
— Напиши отцу.
— Моему папе! — она выглядела встревоженной. — Он не хочет, чтобы я ему писала!
— Думаю, что хочет.
— Но я толком и писать-то не умею! — она покраснела, неожиданно устыдившись своей необразованности.
— Он тоже как следует не умеет читать, — заметил Старбак. — Просто напиши ему и объясни, что я вернусь. Скажи, что я присоединюсь к роте до конца весны. Пообещай ему это.
— Я думала, этот ублюдок Фалконер не примет тебя в Легион?
— Я могу одолеть Фалконера.
Салли рассмеялась.
— Всего минуту назад, Нат, ты хотел сбежать и укрыться в Канаде, а теперь бросаешь вызов генералу Фалконеру? Конечно, я напишу отцу. Ты уверен насчет денег?
— Прибереги их для меня.
— Так ты вернешься?