Оставлять недавних врагов на ночь в черте посёлка воличи и не подумали. Орлы расположились в одной из построек поляны — эта по меркам воличей кое-как сколоченная хибара представлялась жителям болот настоящими хоромами. Сейчас они следили за тренировкой войев, берущих штурмом соседнюю башню.
— Нам тоже не мешало бы построить такие потешные крепостцы, — пробормотал Эшван.
— Жемчуг велела своим сделать несколько срубов, — напомнил Элиан и с удовольствием проследил за смущением советника и дяди, как случалось всякий раз, когда кто-нибудь при нём упоминал о войе. Как там гласит пословица воличей — седина в бороду?..
Эшван подёргал полуседую бороду.
— Всё же этого мало, — сказал, широким жестом обвёл всю игровую поляну, предлагая Элиану посмотреть, как должно выглядеть место для тренировок.
— Ну, у нас и людей меньше, и свободного времени, которое можно тратить на упражнения, — риш мысленно улыбнулся. — Ты поговори об этом с Жемчуг. Если она, конечно, собирается отправиться с нами, а не остаться здесь.
По лицу Эшвана пробежала гримаса боли. Элиан понял, что в своём желании поддразнить дядю он ляпнул лишнее.
— Конечно, я поговорю, — сдержанно сказал Эшван. Риш прикусил язык, едва не посоветовав советнику поговорить с Жемчуг кое-о-чём другом. Сам не сразу поверил, ну даёт старик… хотя какой же он старик. И винить-то его не след, сам риш до сих пор помнил ту девчонку. Интересно, а как у воличей проходит сватовство? Дядя намного старше, но Элиан риш, и значит, считается старшим рода…
Молодой риш представил себя в роли свата и замотал головой.
— Мир вам, люди, — окликнул знакомый голос. Элиан повернулся, и приветствие застыло у него на губах.
Байки стариков о том, что на землях воличей живут духи, воплощающие скрытые мечты людей и выпивающие силы, оказались чистой правдой.
От деревни к ним двигалась группка людей. Девушек. Трёх Элиан знал. Окликнула его войя, ученица Жемчуг. Две целительницы, жена ривана Мечты и жена железнолапого мастера приветственно кивнули. Четвёртой была она. Видение.
В горле мгновенно пересохло, колени ослабели.
— Юлия дочь Троя, — прошептал риш. Девушка спокойно смотрела на него. Её лицо было маской — прекрасной и неподвижной.
— Элиан сын Гореша, — прозвенел голос.
Ходж — путешествие духа, поход, обычно пеший, во время которого человек обычно постится, молится, медитирует, размышляет о своей жизни. Обычая ходжа придерживаются имперцы, Фремены, дело это добровольное, но для некоторых сословий Х. почти обязателен, как-то: целители, кузнецы, мыследеи, войи, служители Церкви.
Айрин че Вайлэ, "Обычаи человеческих и нечеловеческих племён", Приложение, словарь.Гарий с неудовольствием изучил порванный рукав. Что-то Мона совсем озверела… или это эпическое сражение Джурая и Алека её вдохновило. Или мстит за лёд.
Шёл второй день путешествия — мальчишка так и не определился, считать ли его ходжем или нет. Вроде бы путешествие. Но с другой стороны — размеренная неторопливая езда, удобная постель, большая компания, ни тебе ограничений, ни поста, ни размышлений о всяких высокомудрых вещах…
Впрочем, нет, размышлений-то ему хватало. Чтение книг, ежевечерние рассказы старших. Да ещё освоение новых, совершенно незнакомых форм для двух мечей. Всё чаще Гарий ругал себя за то, что слишком поздно узнал о своём даре, слишком легко относился к войским упражнениям, пока жил в Мечте, растрачивая время на какую-то ерунду…
Поздним утром парень проснулся от грохота деревяшек и торопливо выскочил наружу. Алек и Джурай дрались, с огромной скоростью нанося и парируя удары и легко перемещаясь по раскачивающейся крыше фургона. Которая площадью была поменьше, чем иной круг игры.
На крыши остальных фургонов высыпали зрители, но обычных подбадривающих возгласов не было слышно, все смотрели с открытыми ртами. Бой завораживал, согласный танец двух тел и грозный стук сияющих шинаев. Запряжённые быки тревожно прядали ушами и всё ускоряли шаг, отчего фургон раскачивался ещё больше, но вошедшие в раж бойцы с лёгкостью сохраняли равновесие.
— Ничья! — крикнул Норик. Мгновение казалось, что бойцы не услышали. Обменявшись ударами, они отскочили друг от друга. Опустили мечи и стянули маски, подставив ветерку распаренные лица.
— Ну ты силён! — просипел Джурай. Алек отсалютовал мечом — и безвольно уронил руку. Гарий поспешил перебраться на их фургон и принялся расстёгивать ремешки и развязывать верёвки. Мона, так же проворно вскарабкавшись наверх, занялась его противником, терзая крепления войлочных доспехов, недавно усовершенствованных Бэзилом и отцом с её подачи.