Выбрать главу

Всё это Гарий не стал объяснять Норику, не уверенный в своём красноречии.

— Чтобы разговаривать на расстоянии, нужно мыслить определённым способом, — сказал он просто. — Да ещё развивать это умение особыми тренировками. У нас так умеет разве что Линета… ну, и я.

— Ясно, — охотник вздохнул. — Хорошо, что ты умеешь. Но я прошу тебя — не увлекайся этим.

— То есть? — Гарий нахмурился.

— Я зря тебя погнал в Живу, — покаянно вздохнул охотник. — Думал, ты просто посмотришь, кто ж знал, что так глубоко заберёшься. Если что с тобой случится, кто будет вытаскивать?..

— А что со мной может случиться? — спросил Гарий.

— Мало ли… Я, хоть и в этих ваших делах и мелкого эшта не понимаю, но знаю — можно заблудиться в Живе, не найти дорогу назад…

Гарий прикусил язык, едва не сообщив охотнику, что пока Мона рядом с ним, он из любой точки мира доберётся назад, двигаясь на её огонёк.

— …Можно наткнуться на чью-нибудь чёрную мысль или эхо смерти, или вовсе оказаться видоком смертного боя. Что тогда с тобой будет? — спросил Норик.

— Вышибет наружу, — ответил Гарий неохотно.

— А если слишком глубоко уйдёшь?

Мальчишка молчал, уставясь в пол. Норик пусть и "человек делающий", но чем грозит во время "глубокого" путешествия наткнуться в Живе на такое, знает.

— Ладно, — пробормотал он хмуро.

— Что ладно? — уточнил Норик ласково.

— Я не буду соваться глубоко.

Норик какое-то время внимательно смотрел на него. Кивнул.

— А если что-то почувствуешь — тут же рассказывай.

— Угу, — Гарий кивнул.

— И не вешай нос, — Норик потянулся, забыв о ране. Досадливо крякнул, встал, обошёл стол и похлопал Гария по плечу. — Всё будет хорошо. Только не сразу.

Гарий кивнул, чувствуя, что настроение поднимается. Он и Мона шутливо договорились приглядывать друг за другом без учителя, так и Норик, видимо, считает своим долгом приободрить мальчишку, как делал Алек.

— Давайте-ка я посмотрю вашу рану, — распорядился целитель.

Выйдя, он сощурился со света. Линда, передав Моне поводья, что-то втолковывала ей. При появлении Гария девочка лишь покосилась искоса. Тот живо вообразил, что Линда так же, как сказала тогда ему о "плохом настроении" Моны, так и сейчас непринуждённо поведает дочери о возможных причинах его странного поведения сразу после пробуждения.

Он махнул им рукой и удрал. Обошёл всех раненых, убедился, что никому хуже не стало, строго-настрого велел Длинному не сходить с повозки, на которой тот ехал.

— Или что?.. — насмешливо сощурился тот.

— Или останешься без ноги. Которую вам порезал мой сювер… сюрем… Как ты его назвал? На ругательство похоже.

— Сюзерен означает "господин".

— А монетка?

— Не знаешь, что такое монетка?

— Не знаю, зачем вы собирались мне её бросить, — ответил Гарий.

— За лечение.

Мальчишка собрался прыгать с повозки, едва не покатился кубарем:

— Как?!. - обернулся к раненому, ожидая, что тот признается в шутке. — У вас разве нужно платить за лечение?

— А у вас не нужно? — спросил Длинный. Гарий замотал головой и поспешил к другим раненым. Пока не завернул за фургоны, спину ему жёг удивлённый взгляд раба.

Он закончил обход раненых и вернулся к своему фургону, перебирал книги, пытаясь отвлечься. Не получалось. Мысли скакали от предмета к предмету. Он думал о Моне, об Алеке, снова о девочке, о Мечте, ожидающей там приёмной семье и родной, от которой он сейчас удалялся. Интересно, а далеко ли страна Длинного, страна, где люди владеют людьми и нужно платить целителям — что же они за целители тогда?.. рассказать Самилле, Рите, пусть посмеются… или ужаснутся.

Гарий понял, что на свободном листе в книге рисует профиль девичьего лица. Тихо посмеялся над собой, и тут крикнули остановку. Мальчишка полез наружу и наткнулся на ту, о которой думал. После того, как брат покинул караван, Гарий ел с семьёй Норика, и сейчас они звали его к себе. Парень взял миску, достал из поясного кошеля ложку. И ещё одну, когда увидел, что Длинный, который оказался рядом, ест с помощью какой-то щепки. Большинство рабов пользовались берестяными ложками, грубо сделанными из щепки, в расколе которой зажат согнутый кусок коры, но однорукий сам соорудить такую не мог, и никого не просил.