Симона морщила носик, глядя на грабёж. Покосилась на браслет и, кажется, собралась отпустить какое-то замечание. Джонатам поймал её за руку, защёлкнул браслет на запястье и коротким касанием Узора смял замочек, сделав вещицу неразъемной. Девушка отшатнулась.
— Ты подсказала мне неплохое решение, — сообщил Джонатам, легко касаясь Узора. По металлу с треском проскочила маленькая молния. Симона дёрнулась, потерла запястье, хмуро глядя на него. Кивнула.
Джонатам поморщился от укола её боли, пришлось наново зашептывать и перевязывать кое-как затянутую рану на ноге.
— А бегать не надо было, — ехидно прокомментировал. От ковыляния рана бы не открылась.
— А ты бы не попытался? — сиплым шёпотом спросила Симона.
— Я бы не пытался. Я бы сделал.
Девушка снова усмехнулась, поглядывая на него, коленопреклонённого. Разбитые губы закровили. Осмелела… Поняла, что не бандиты?..
— Почему ты его ударила?
— Меня как-то не привлекло их предложение, — девушка глянула на разбойников, тут же отвела взгляд. — А меня правда чеф пообещал тебе?
— Нужно было что-то сказать, — Джонатам неожиданно для себя почувствовал, что краснеет. Вообще-то так и есть, Алек сказал же — "девчонка твоя". Симона посмотрела на него, коленопреклонённого, с усмешкой. Джо с излишним рвением затянул узелок перевязки, одёрнул гачу штанов и жестом велел девушке пройтись туда-сюда.
— Спасибо, — сказала Симона, переступая с ноги на ногу и притоптывая. Джонатам убедился, что идти сможет, и занялся её лицом. Симона щурилась. Когда он закончил, пошевелила губами.
— И за это спасибо.
Он невнятно отбуркнулся. Может быть, девушка не помнит, что он сам её ударил.
— И за подарок тоже.
Он вопросительно вскинул брови.
— Вот, подарок, — Симона продемонстрировала браслет. — Как здесь принято — дарить обручальный браслет? И ты теперь женишься на мне?
Потеряв дар речи, Джонатам замотал головой. Симона улыбалась. Луиса прятала улыбку в кулак. Все веселились. После напряжения драки посмеяться — самое то. Но не за мой же счёт!..
— Нет? — Симона жалобно заломила бровки домиком. — А я-то надеялась…
— Давайте отложим свадьбу до осени, — перебил Джурай. — Сейчас пора мотать. Вперёд, но потихоньку…
Джонатам направил Симону бесцеремонным тычком — и тут же устыдился своей несдержанности. Что она себе позволяет, пленница и в перспективе рабыня? Девушка послушно встала там, где он указал, парень отошёл к вяло возившимся на земле пленникам.
Шептун более-менее очухался, и Джурай потащил его в сторонку. От главаря было пока мало проку, слишком сильно ему досталось от Симоны. Очнётся, подумал Джонатам, обязательно нужно спросить, на кой ляд он вообще таскал опасное украшение на шее.
Звук затрещины. Джонатам приступил к допросу.
— Ты кто такой?
Шептун зло оскалился:
— Вас вздёрнут за…
Хрясь — голова пленного дёрнулась.
— Кажется, ты меня не понял, — спокойно сказал Джурай. — Всё сначала — кто ты такой?
Шептун отплюнулся кровью, норовя попасть в лицо. Джурай утёрся и ударил снова.
— Кто-ты-такой?
— Мы Фременов всегда бивали!.. — презрительно выкрикнул пленник.
И обнаружил, что привлёк всеобщее внимание. Те, кто отвернулся было от неприглядного зрелища, вдруг заинтересовались им.
— А! — сказал Джурай. — Мы, значит, Фремены? С чего ты взял? Отвечай, отрыжка дхоу, выкидыш паршивого эшта!..
Пленник скорчил высокомерную гримасу — получилось неплохо, если не считать, что стиснутые зубы явственно стучали. Джурай вопросительно глянул на Джонатама, тот покачал головой. В теории он знал, как можно сломить ментальное сопротивление, заставить отвечать, но не был уверен в своих силах.
— Ладно, попробуем по-другому… — Джурай поморщился.
И коротким движением сломал шептуну мизинец. Тот взвыл, выгибаясь. Джурай придержал и сломал второй палец.
Пленник заговорил только после третьего.
Едва не проглатывая от спешки язык, рассказал, что неладное он заподозрил, когда при столкновении опознал характерные ругательства Фременов. И даже успел поделиться своими подозрениями с главарём.
— Ещё один вопрос — что это за народ такой, который всегда бивал Фременов? — спросил Джурай. Пленник прикусил губу, Джурай примерился к четвёртому пальцу.
Джонатаму показалось, что Джурая подбросило воплем — телекинетический импульс едва не сшиб спрашивающего с ног. Молодой вой ударил сам, пяткой в разбитое колено, и вскочивший было пленник завалился с воплем, но при этом сгрёб врага и уронил на себя. Короткая драка вспыхнула и тут же закончилась.