— Нет, меча не было, — ответил Алек на заданный вопрос и встал, приветствуя своих. Пегий глянул на тело и присвистнул. — Знаешь его?
Мужчина помотал головой.
— Видел средь этих, — махнул рукой в сторону Лаг-Аргаран. — Его и свои боялись. Вроде бы называли так чудно… Дага, во как.
— Дага, — повторил Джо, подбирая клинок. — Что?..
Пегий продолжал бормотать — по его словам выходило, что Дага и ещё один чужестранец, настоящий вожак, недолюбливали друг друга. Сам Дага никем не командовал, редко общался с селянами и в основном болтался по лесам, тогда как "настоящий" всегда держался с отрядом и вовсе не снисходил до общения с ними…
Джонатам не слышал.
Боль ворвалась в него, обожгла, — всё то, что чувствовал раненый этим клинком человек, обрушилось на сердцеведа. Джо задохнулся от страха и ярости, чуть ли не впервые понимая друга, когда тот срывался в яррк. Алек, поняв, что происходит с другом, качнулся к нему и ударил по руке, в нервный узел. Дага полетела в траву.
— Ты как? — встревожено спросил Алек.
— Не знаю… — Джонатам смахнул пот дрожащей рукой, посмотрел на друга — как допустил? Тот виновато пожал плечами.
Джо сорвался с места и бросился к крайнему дому.
Тени от факелов в руках Тролля метались, бросали причудливые образы на бревенчатую стену, резаный наличник казался зубами, провал окна — пастью чудовища.
Пахло сырой травой и кровью. Возле самой стены лежала бесформенная безжизненная масса.
Джонатам перевёл дух. Она жива, смерть он почувствовал бы.
Луиса стояла на коленях рядом, водила руками.
— Что случилось? — Джо метнулся к ним и споткнулся в траве о что-то звякнувшее. Нагнулся и подобрал изувеченную вещицу, в которой с трудом опознал тот самый браслет. А, ну да. Он тогда сложил изломанный браслет вдвое и намотал металл девушке на другую руку. Нарочно жёстко, причиняя боль, но она не пожаловалась…
— …Подставила под удар, — подтвердила Луиса его догадку, не прекращая свои манипуляции. Симона дёрнулась и застонала. Джо уронил залитый кровью браслет и заморгал, прогоняя картины того, что могло бы быть…
— Я могу как-то… — запинаясь, начал. Саднило обе руки, болел бок, но почему-то он даже не попытался отгородиться от чужой боли.
— Можешь. Пойти отсюда вон и не трястись.
Но Джо и не подумал уйти.
— Как это произошло? — отрывисто спросил он. Когда открыл глаза, целительница пыталась продеть нить в иголку. Ой-ёй… целители редко шьют.
— Она отошла в кустики…
— Одна?!. - тут же спросил Джонатам. Луиса подняла голову, и он присвистнул, увидев синяк в пол-лица.
— Со мной, — усмехнулась целительница одной стороной рта, вторая уже стала стремительно опухать. — Шасса, да помоги ты!..
Сунула иглу и нитку Джонатаму. Ага, вот почему шить собралась… Джо продел нитку в иголку, тоже не с первой попытки. Парень зло скрипнул зубами, заверяя себя, что дело именно в ударе Алека — не пожалел ведь силы…
— …Соглядатай. Должно быть, подумал, что мы его заметили, — рассказывала Луиса, снова водя руками над раной. Говорить ей было непросто. — …По горлу, а она руку подставила и закричала. Меня ударил, её ударил, бок пропорол… Ну а потом Алек подоспел, и ему сразу стало не до нас. Кориса налей, — распорядилась.
Джо вытащил из сумки стеклянную флягу и чарку, зубами вытянул деревянную пробку и щедро плеснул.
— Теперь вали.
— Чего?
— Пошёл вон.
Джонатам замотал головой. Луиса мимоходом оценила его состояние.
— Как знаешь. Тогда выпей сам.
— Чего?
Луиса зыркнула заплывшим глазом так, что Джонатам сам не упомнил, как послушался, махнул корис, словно воду. Вкуса не почувствовал, зато немного отпустило. По слову целительницы налил ещё, Луиса бросила иголку в корис, ещё немного манипуляций, и принялась шить.
Джо очень скоро пожалел, что не ушёл, но продолжал сидеть рядом и смотреть.
Сила в твоей мысли.
Сила в твоём взгляде.
Сила в твоей руке.
А теперь ответь мне,
Тебе ли принадлежит сила,
Или же ты принадлежишь ей?
Ты ли направляешь силу,
Или сила направляет тебя?
Ты меняешь силой окружающий мир,
Или сила меняет мир, используя тебя как орудие?
Сталат