— Я дурак молодой, — сообщил Гарий, поднял кулак и стукнул себя по лбу. — Только сейчас пришло в голову, что она-то обязательно почувствует, что произошло, и узнает Алека… и непременно отправится посмотреть, что с ним случилось. И, конечно, не будет ходить по верхам, как я, отправится глубже, а это просто-напросто опасно!..
— Ничего, — сказала Кнопка с надеждой. — Тётя Линета опытная путешественница. Да ведь она вообще гений Ветра!.. Так что всё будет в порядке…
Неуверенный тон не соответствовал бодрости заявления.
Майнус очнулся. И принялся тихо ругаться, разнообразно поминая старых слепых дуралеев, не уследивших за молодыми дурочками, которые суются невесть куда в розысках пропавших болванов…
— Что, уже?.. — спросила Верея. Майнус безнадёжно махнул рукой:
— Мало порол её в своё время!..
— Давай уж ты тут сама. А я… — Майнус печально ругнулся и торопливо заковылял к деревне.
— Велено пороть, — задумчиво сказала Верея, переведя хищный взгляд на четвёрку. Дети невольно потянулись прикрыть сидячие места. — Но это позже. Рассказывай, чего ты там видел.
Гарий безнадёжно вздохнул. Он подозревал, что наставница не оценит его вдохновенного мычания и размахивания руками. Придётся где-то изыскать слова, чтобы описать буйство сил, которому он стал свидетелем там, на изнанке мира.
Сэра всплескивала руками.
— Да кто ж знал!..
Майнус хмурил седые брови. Лина лежала на лавке в сенцах, бледная и неподвижная. Тормошить бесполезно — она уже отсутствовала в собственном теле и, действительно, ушла глубже, чем Гарий.
Гений Ветра… Человек, способный мыслью путешествовать едва ли не по всему свету. Редкий талант, хотя не настолько, как дар Ненависти. Но Ветер тоже бывает опасен для носителя своего дара. Можно уйти слишком глубоко, слишком далеко, и заблудиться, не найти дорогу назад…
Войко стояла рядом, смотрела виновато. Могла бы догадаться — хозяйка просила не присмотреть за непоседливым Рико, а позаботиться о нём. Ребёнок держался за руку рабыни и молчал, как будто понимал серьёзность происходящего.
Майнус устроился рядом с ложем племянницы, опустил голову, сплёл пальцы на посохе, со стороны казалось, старик дремлет. На самом деле он искал в Живе огонёк этой ненормальной девчонки, которая сначала делает, чем думает, и сводит с ума своих родственников!..
Мыследей вздрогнул, раздражение чуть нарушило сосредоточение. В последние года два у молодой матери не хватало времени тренировать свой Дар, который едва-едва проснулся перед войной. Сейчас она лишь немногим более опытна, чем впервые вышедший из тела путешественник…
Надо было её учить, подумал старик. Хватит оправдываться тем, что она, мол, ещё сопливая девчонка. У этой девчонки уже есть дети.
Кстати.
— Уведи, — сказал Майнус, не открывая глаз. — Он меня забивает.
Рико не хотел уходить от матери, пришлось подхватить на руки. Мальчишка нерешительно заревел. Напевая и бормоча что-то утешительное, Войко прошла центральной улицей и вышла к детскому саду.
Дети обладают счастливой способностью забывать. В компании сверстников Роки быстро развеселился, наблюдая за ним, Войко тоже заулыбалась.
Здесь и нашли её Кнопка, Мона и Гарий, все трое были мрачны, как василиски в холодный день.
— Что Лина? — отрывисто спросил Гарий. Войко пожала плечами.
— Я не разбираюсь в этом. Она где-то там… — неопределённо махнула рукой. Гарий помянул Проводника.
— Что мне стоило раньше об этом подумать!..
— И что бы ты тогда сделал? — поинтересовалась Мона. — Стукнул Майнусу? Или сам бы запретил ей летать?
Гарий слабо улыбнулся, представив себя что-то запрещающим Лине или жалующимся на неё учителю.
— Хотя бы приглядел за ней. Всё-таки она мне как бы родственница.
— Кстати, вон ещё одна как бы родственница идёт… — сказала Кнопка. Невинно заморгала, когда Мона и Гарий смерили неодобрительными взглядами.
Самилла в компании смутно знакомого парня — Гарий припомнил его имя, Паль, — остановилась с другой стороны площадки. Молодые люди переговаривались, с улыбкой наблюдали за детьми.
— Сам или мне доверишь скорбный труд? — ехидно поинтересовалась Кнопка.
— Сам, — угрюмо бросил Гарий и уставился на названную сестру тяжёлым взглядом.
Войя-целительница почувствовала, оглянулась удивлённо — кому плохо в светлом месте, пропитанным детской радостью? Что-то коротко бросила спутнику и подошла.
— Что случилось, братец?
— С чего ты взяла? — правдоподобно удивился Гарий.
— С того, что ты здесь сидишь насупленный, даже дети уже хныкать начинают…