- Честно? Ты интересный рассказчик, Вив, - он улыбается, - но уже девятый час, и я должен идти на работу.
Я виновато улыбаюсь, чувствуя себя крайне неудобно, а Мичи покидает комнату, оставляя меня одну. И как я не заметила, что комната стала совсем светлой?
«Тьма отступает ненадолго», - проносится ненавязчивая мысль в голове.
Смотрю на свой стакан, замечая, что, рассказывая истории, так и не допила молоко. И что мне действительно стало немного легче.
Когда парень вновь возвращается, поднимаю на него глаза.
- Ты сильно опазды… - я сбиваюсь, глядя на полуобнаженного похитителя, - опаздываешь?
- На полчаса, - он усмехается, открывая шкаф и переодеваясь, - думаю, мне простят этот единственный проступок за все время работы.
Я приоткрываю рот, собираясь задать вопрос, что вертится на языке, но замолкаю, предпочтя молоко. Допивая, чувствую, что оно осталось на губах.
- Стой, - парень подходит ко мне, наклоняясь и большим пальцем касаясь верхней губы и утирая молоко, - я ведь могу начать тебе доверять, Вивиан?
Прежде, чем я успеваю ответить, Мичи наклоняется, находя мои губы и осторожно, нежно и ласково целуя их.
- Спи, Вив, - парень отстраняется с ухмылкой, быстро покидая комнату и оставляя меня в замешательстве.
Я медленно осознаю, что этот момент оказался переломным в наших странных и непонятных отношения насильника и жертвы, окончательно запутываюсь, продолжая смотреть вслед Мичи.
Он не закрыл дверь, оставив ее распахнутой настежь, а его шаги внизу говорили о том, что парень сделал это не бездумно, приняв такое решение.
Осторожно касаюсь указательным пальцем своим губ, все еще чувствуя след настоящего поцелуя. Я окончательно прихожу в сознание, лишь когда слышу рев мотора, оборачиваясь и с легким испугом подходя к окну, наблюдая, как машина быстро исчезает вдали.
Возвращаюсь обратно на кровать, медленно ступая по мягкому ковру и пока не осознавая, что делать. Закрываю глаза, погружаясь в сон, а после, окончательно встав, понимаю, чем именно заняться.
***
Я не знаю, откуда во мне появился инстинкт Золушки, но теперь, как ни странно, уборка даже доставляла небольшое удовольствие. Я не открывала шкафы Мичи первые несколько минут, запомнив его пожелание, больше похожее на приказ. Но, не выдержав, распахнула один из них, начиная перебирать одежду, раскладывая ее по полочкам и наводя порядок.
После уборки спускаюсь вниз, искоса посмотрев на входную дверь, так и манящую подойти поближе.
- Нельзя, - сказав едва слышно, продолжаю идти, чувствуя неприятное чувство в груди, словно я только что предавала саму себя.
Но ради чего и кого, Вивиан Грей?
Найдя хорошую бутылку красного вина и открыв ее, достав фужеры, наливаю в один из них темно-красную жидкость, отпивая и приступая к готовке, пытаясь заглушить алкоголем свои мрачные мысли.
Я быстро нахожу самые нужные мне продукты, легко пользуясь острыми ножами и невольно вспоминая, как один из них совсем небольшое время назад касался моей шеи.
Вздрогнув, поглядываю на часы. Часовая стрелка медленно, но неумолимо приближалась к восьми вечера, а я, отправив мясо с картошкой в духовку, уже выпила почти половину бутылки, чувствуя некоторый жар и странное воодушевление.
Поднявшись наверх, захожу в свою спальню, начиная разглядывать скромный гардероб и чувствуя себя глупой маленькой пьяной девочкой. Усмехнувшись своим мыслям, достаю полупрозрачное черное короткое платье.
«Весьма неплохо», - проносится мысль в голове, когда я изучаю ткань, почти не скрывающую нижнего белья. Впрочем, именно этот эффект мне и был нужен.
Укладываю волосы, делая их менее растрепанными, попутно запоминая свое лицо и тело. Немного другое. Остановившись, подхожу к зеркалу, изучая свои губы, брови, глаза, не чувствуя внешней разницы. Но что-то здесь не так, и я, увы, не могу понять, что именно.
От мыслей меня перебивает звон колокольчика, оповещавшего о том, что мясо по-французски уже готово. Чертыхнувшись, спускаюсь вниз снова, доставая мясо и неуверенно косясь в сторону двери, чувствуя непривычное волнение, не потупленное неплохой дозой алкоголя.
И я не знаю, от чего оно: от ожидания или желания наконец освободиться от этих оков.
Расставляю столовые приборы, нарезая фрукты и овощи в две разные тарелки, тем временем слыша позади себя небольшой шум. Быстро переложив все на стол, сажусь за свой стул, наливая очередной, сбившись со счета, бокал вина.
Его шаги тихие и медленные, и когда парень замирает в дверях, я не могу сдержать улыбки, замечая искренне удивление в его глазах.
- Ужин, - улыбнувшись.
Парень молча садится на свое место, поднимая бровь и оглядывая мясо с легким подозрением, вызывая мою обиду.
- Не отравлено, - я вздыхаю, отпивая еще вина, - я не сильна в химии, Мичи.
- Зачем, - он сглатывает, взяв пальцами вилку и нож, - ты надела это?
Я ухмыляюсь, довольно выпрямляясь и, кажется, лишь сильнее выпячивая грудь, скрываемую черным лифом. Который платье почти не прячет.
Одновременно я чувствуя себя слишком развратно, неприятно и, откровенно говоря, девушкой с панели, но, подняв свое настроение вином, я не могу не удержаться от этой выходки.
- Ты что-то имеешь против? – спрашиваю, начиная есть и пытаясь поймать взгляд, который то и дело бросает на меня Мичи.
- Нет, - он ухмыляется, - у тебя хорошее тело, и я буду за, если ты станешь показывать мне его почаще, - его слова заставляют меня засмущаться и покраснеть, теряя былую уверенность и плавно опуская самооценку с «девушки с панели» на более неприличное слово.
- Скажи, - я вновь немного тянусь вперед, слегка наклоняя голову набок, - этот дом достался тебе в наследство?
- Нет, - парень качает головой, - купил несколько лет назад участок с домом. Правда, пришлось многое переделать.
Записываю это в свою «копилку знаний о Мичи» и продолжаю есть, вновь возвращая молчанию его почетное главенствующее место.
- И все же, - разрушает тишину парень, - зачем ты выпила так много?
- Сегодня его день рождения, - шепчу почти бессвязно, замечая, что парень, слыша это, хмурится, становясь мрачнее, - впрочем, я хотела сделать что-то хорошее для тебя.
Я вижу, что он почти давится после сказанных слов, и не могу сдержать улыбки.
- Я хочу, чтобы мы научились доверять друг другу, - произношу, чувствуя явное влияние алкоголя в этом развязанном языке, - после всего прожитого.
- А я хочу заняться с тобой сексом с самой первой секунды этого вечера, - отвечает Мичи, и я теряюсь, - впрочем, - он встает, поднося свою тарелку к раковине, - ты слишком пьяна и устала.
Кажется, это второй шок за сегодня. Забота? Забота, Мичи?
Я встаю, забирая свою тарелку и поднося к раковине, едва касаясь плеча парня.
- Может, я и пьяна, но… - мой язык заплетается, дыхание сбивается, - неважно.
- Вивиан, - он поворачивается ко мне, и я почти не различаю светлой радужки его зрачков, почти полностью вытиснутой чернотой, - я могу не удержаться, а ты можешь не понимать, что делаешь.
- Я знаю, - отвечаю, сглотнув и подойдя ближе, вплотную.
Затем осторожно пальцами касаюсь его рубашки, медленно расстегивая ее и касаясь пресса. Мичи молчит, поджав губы и не сводя с меня глаз, словно ожидая моего следующего шага.
- В спальню, - шепчу едва слышно, чувствуя, как внутри просыпается возбуждение.
Он резко хватает меня, крепко сжимая полупрозрачную ткань платья и почти разрывая ее.
- Ты уверена? – спрашивает, и я вижу, как он сопротивляется из последних сил, а желание почти вырывает победу у самообладания.
- Да, - шепчу, пальцами осторожно касаясь его шеи, почти царапая ее и слушая рычание Мичи.
Его губы находят мои, страстно, возбуждающе и крайне требовательно целуя, словно я была тем самым необходимым для жизни кислородом. Обхватываю тело парня ногами, прижимаясь к нему и не смея разрывать этот поцелуй, ощущая приятное волнение внизу живота и мурашки, пробежавшиеся по спине и рукам. Спина касается мягкой кровати, и только в этот момент губы Мичи отрываются от моих.