- Джеймс ничего не говорил о своей жизни? – спрашивает парень осторожно, и я отрицательно качаю головой, - Тогда он сделал это ради твоей безопасности.
Я продолжаю смотреть на Майкла, выпрашивая у него эту историю, и тот все-таки, вздохнув, сдается.
- Мы поступили с ним в один военный корпус после старшей школы, познакомились только там, - парень опускает взгляд, задумавшись, - Джеймс был лучшим, и, спустя года два, его завербовали.
Я пытаюсь соотнести паспорта и оружие и слово «завербовали», чувствуя, что, пережив слишком многое за сегодня, мой мозг категорически отрицал переваривание информации.
- Ему в напарники дали того самого Уилла, которого ты видела на фотографии. Вдвоем они сделали несколько операций, пока… Джеймс не просчитался. Я не виню его в том, что случилось, но Уилл погиб во время обезоруживания террористической группировки, и теперь наш общий друг носит этот крест на своих плечах.
- Мичи рассказывал, что случилось? – я невольно вздрагиваю.
- Нет. Лишь говорил о смерти друга, - Майкл мрачнеет, - после этого устроился в Интерпол одиночкой. Он всегда был немного… агрессивным, с алкоголем у Джеймса проблемы остались до сих пор, - парень многозначительно смотрит на меня, и я чувствую мурашки от страшных воспоминаний.
Словно заметив это, парень изучает меня тщательнее, а я отворачиваюсь, чтобы спрятаться от этого сканера.
- Виви, Джеймс мой лучший друг, но если, - он заминается, - у вас есть проблемы, то я применю меры.
Я сглатываю, чувствуя слезы и пытаясь их смахнуть, но с закрытыми глазами образ Мичи маячит передо мной, словно заставляя испытать еще больше боли.
Да, у меня есть проблема, которая совершенно не поддается объяснению, но, одновременно с этим настолько очевидна, что я лишь стараюсь заглушить эту неприятное чувство в груди, которое соперничает с подобием бабочек в животе.
У меня есть проблема. После всего, что Джеймс сделал мне, я должна держаться от него как можно дальше. Но…
- Я люблю его, - шепчу едва слышно и сдавленно, словно продолжая не верить в это, и новый болезненный удар в груди лишь подтверждает мои слова.
========== Глава 21. Нежности. ==========
Поворачиваюсь к Майклу, заглядывая в его глаза, и, сжав губы в тонкую линию, пытаюсь прочесть на его лице ту правду, что по-прежнему скрывается от меня.
- Не думал, что любовь является проблемой, - произносит, едва хмурясь, парень, и я отворачиваюсь снова, сглатывая.
Я молчу, и тишина становится нагнетающей, а люди, что ходят вокруг, не могут разбавить ее, как-нибудь приглушить. Боль чувствуется, сердце обливается кровью, а сказать Майклу то, что его лучший друг насиловал меня, не хватает смелости.
Я знала Мичи лишь с одной стороны. Теперь нужно попробовать понять его с другой точки зрения.
- Это не проблема, - отвечаю я, и, слыша позади тяжелые шаги, поворачиваюсь, увидев Джеймса.
- Тебя выписывают? – хмурится Майкл, а Мичи, скользнув по мне пронзительным взглядом, лишь кивает.
- Вив обо мне позаботится, - добавляет он со слабой улыбкой.
Я чувствую растерянность, словно парень специально подговорил медработника, чтобы оказаться рядом со мной как можно быстрее. Чтобы меня можно было контролировать.
- Иди ко мне, - едва слышно произносит Мичи, и, постояв на месте пару секунд, я все же неуверенно подхожу, тут же оказываясь в крепких, почти стальных объятиях.
- Ты не ушла, - парень шепчет мне на ухо, и я слабо киваю.
- Я не уйду, - отвечаю едва слышно, чувствуя, как сердце бьется слишком часто.
Его пальцы спускаются ниже по позвоночнику, касаясь талии и заставляя меня выдохнуть.
- Я вам не мешаю? – спрашивает Майкл, опираясь о дверной косяк, на что Джеймс, поднимая глаза на лучшего друга, отвечает с кривой улыбкой.
- Я не особо стеснительный, - произносит он, наклоняясь ко мне и целуя лоб, - спасибо, - едва слышно, - что спасла меня.
Покраснев, разнимаю объятия, но пальцы Мичи находят мои, крепко сжимая.
- Нам нужно многое обсудить, - говорю я тихо, и парень, нахмурившись, кивает.
***
Майкл, по вине Джеймса оказавшийся на работе во время отпуска, решает остаться дома у лучшего друга, и, впервые почувствовав третье лицо в этом месте, я надеялась получить больше свободы, чем могла. Но, постоянно оказываясь рядом с немного хромым парнем, я выполняла домашние обязанности, почти что играя роль жены.
- Итак, - произношу я, садясь за стол, когда Майкл, попрощавшись с нами после ужина, отправляется спать в гостевую спальню, - ты…
Парень, взяв полотенце и вытерев мокрые руки, садится напротив, и в его взгляде появляется холод и равнодушие.
- Скажи это, Вивиан, - говорит он тихо и спокойно, и «добрый Джеймс» на моих глазах превращается в «плохого Мичи».
- Ты убийца, - сглатываю, радуясь, что сижу не рядом с ним, а напротив.
Он сохраняет прежнее спокойствие, но мне кажется, что на мгновение на его лице отразилась боль.
- Наемник, - поправляет он меня, возвращая голосу строгость.
- Сколько человек ты убил? – вырывается у меня прежде, чем я обдумываю этот вопрос.
Парень мрачнеет, и я чувствую, как что-то в груди нервно падает вниз со скрипом.
- Вив… - начинает он, смягчаясь, - много. Больше ста. А теперь, прошу, иди в свою комнату, - он встает, и, как ни странно, я впервые чувствую, что меня выгоняют, останавливая на середине «допроса».
- Но, - я привстаю, желая узнать больше, но ледяной взгляд, пронзающий насквозь и заставляющий дрожать, тут же останавливает мои намерения, - в моей спальне Майкл, - неуверенно добавляю.
Он наклоняет голову набок, а затем, подойдя ко мне, немного медленнее из-за пострадавшей ноги, встает вплотную.
- Почему ты сказала, что не уйдешь? – шепчет он, прищурившись, а его пальцы осторожно касаются моей щеки, заставляя меня прикрыть глаза.
- У каждого из нас есть свои секреты, - с легкой обидой, - которыми мы не собираемся делиться, - отвернувшись, устремляюсь наверх, слыша спешные, но не способные меня догнать, шаги за спиной.
Войдя в спальню Мичи, останавливаюсь, словно задумавшись, и, добавив себе немного спокойствия, подхожу к шкафу, доставая широкую футболку, и начинаю раздеваться, готовясь ко сну.
Джеймс входит в комнату, и, посмотрев на меня уже немного по-другому, словно тот агрессивный импульс исчез, слабо, слегка виновато улыбается.
- Я не хочу втягивать тебя в это, - произносит он уже серьезнее, опираясь плечом о дверь.
- Я уже оказалась втянута в это, - тише, чтобы не разбудить Майкла.
- Ты не понимаешь, - начинает он осторожно, оглядывая меня, стоящую перед ним в одном белье.
- Я пойму, если ты объяснишь, - говорю, не сводя с него глаз.
- Все слишком сложно, - делая еще пару шагов ко мне.
- Я волновалась за тебя, - произношу, обеспокоенно глядя на него, но не двигаясь с места.
Мичи слабо улыбается.
- Думаю, ты понимаешь, что это не первое мое ранение, - с легкой улыбкой.
- Я не хочу, чтобы тебя убили, - говорю, сглатывая, и наши лица оказываются разделены парой сантиметров.
- Почему, Вивиан? – шепчет он, почти выдыхая в мои губы.
Покрываюсь мурашками, а дыхание нервно учащается. Все происходит слишком быстро, что я не успеваю контролировать себя, поддавшись чувствам и впиваясь в губы Джеймса. Его пальцы тут же хватают меня за бедра, поднимая и прижимая к шкафу, и все это сопровождается резким и громким ударом о дерево.
- Ты ранен, - произношу, слабо и учащенно дыша, едва оторвавшись от губ Мичи.
- Мне плевать, - отвечает он, обжигая дыханием шею.
- Майкл, - пытаясь остановить это безумие, пальцами впиваюсь в плечи парня.
- Мне плевать, - повторяет Джеймс снова, и я чувствую, как парень вновь переходит границу.
- Стой! – громче, чем нужно, заглядываю в потемневшие глаза Мичи, пытаясь найти в них хотя бы немного света.
Он замирает, сглатывая, затем осторожно опускает меня на пол, а я слышу шаги за дверью, тут же быстро надевая футболку Джеймса.
- Я понимаю, горячая кровь, - Майкл входит в комнату, оглядывая нас, - но имейте хотя бы немного уважения, голубки, хорошо?