— Что значит "подстраховаться"?
— Дом был куплен в браке, — начинает он, — Значит, он считается совместно нажитым имуществом. Но есть нюанс: Виктор утверждает, что внёс большую часть денег на покупку. Если он сможет это доказать, у него будет возможность требовать раздела дома, причём не в равных долях. Это может сильно осложнить ваше положение.
Меня бросает в жар.
— Но он ничего не вкладывал! Мы вместе брали ипотеку! И все эти годы я платила большую часть, пока он... — Я запинаюсь, стараясь не выпалить лишнего. Но злость всё равно прорывается, и голос становится громче. — Он только тратил деньги на себя!
Прохор Геннадьевич выдерживает паузу, как будто специально даёт мне время успокоиться.
— Я вам верю, — произносит он наконец. — Но суду нужны доказательства. Документы или свидетели. Похоже, у Виктора есть план, и он, скорее всего, будет ссылаться на финансовые бумаги или даже... — он делает паузу, прежде чем договорить, — на поддельные свидетельства. Завтра принесите всё, что у вас есть: выписки, чеки, квитанции. Всё, что может подтвердить ваши слова. Даже мелочи могут быть важны.
Разговор заканчивается, и я опускаю телефон на стол. На секунду закрываю глаза и пытаюсь поймать равномерный ритм дыхания. Но чувство, что меня сжимает невидимая петля, только усиливается.
Я подхожу к окну и опираюсь руками на подоконник. Снаружи всё то же: сад, мрачный и застывший, как на картине. Дома тишина, но я слышу, как слабо скрипит старый шкаф в углу гостиной, будто протестует против моего напряжения.
И всё же в этой тишине есть нечто важное: я знаю, что не одна. Прохор Геннадьевич поможет. Он всегда помогает. Теперь дело за мной. Нужно собраться, перелопатить все бумаги, найти доказательства.
Я не собираюсь сдаваться.
Весь вечер я провожу в попытках найти хоть какие-то улики. Старые папки, стопки бумаг — всё, что когда-то откладывала на «потом», теперь разложено вокруг меня хаотичным хаосом. Бумаги, которые казались ненужными, теперь приобретают другое значение. Но время играет против меня. Виктор унес с собой больше, чем я думала.
Час за часом я перебираю документы, опустошая себя всё больше. Наконец, я сижу посреди комнаты, окружённая разрозненными листами, с пустыми руками и комом в горле. Грудь сдавливает, будто кто-то поставил туда тяжёлый груз.
Как он мог подготовиться так тщательно?
Мысли роятся, жалят, будто сотни шершней. Неужели он планировал всё это с самого начала? Ледяной ужас перемешивается с гневом, заставляя меня стиснуть зубы до боли.
Но сдаваться я не могу. Я поднимаюсь, разогреваю руки — они словно одеревенели — и включаю ноутбук. Глухой шум вентилятора заполняет комнату. Я начинаю искать. Как бороться за дом, если документов нет? Какие доказательства можно предоставить в суде? Как защитить себя, когда на кону стоит всё?
Я записываю каждую мелочь, всё, что может пригодиться. Пункт за пунктом, методично, как если бы от этих строк зависела моя жизнь. И в каком-то смысле так и есть. Когда глаза начинают слепаться, и пальцы уже едва двигаются, я закрываю ноутбук и смотрю на исписанные страницы.
Это не просто заметки. Это мой план. Это моя стратегия. Это то, что поможет мне отстоять мой дом.
На следующее утро я приезжаю в офис Прохора Геннадьевича. Часы показывают десять, но день кажется тяжёлым уже с самого начала. Он встречает меня серьёзным взглядом, без обычных приветствий или утешительных слов. Его лицо, как зеркало, сразу даёт понять: разговор будет непростым.
— Рада, я изучил всё, что вы мне отправили, — начинает он, приглаживая рукой бумаги на столе. — У нас есть основания для борьбы, но вы должны быть готовы: процесс будет сложным. Виктор будет настаивать на том, что внес большую часть денег в покупку дома. Если он сможет это доказать, суд может принять его сторону и даже назначить продажу дома с разделом вырученных средств.
От его слов внутри меня что-то опускается.
— Но это неправда! — горячо возражаю я, наклоняясь вперёд. — Мы вместе брали ипотеку, и я платила больше. Большую часть времени именно я тянула эту ношу! Плюс в ремонт вложилась… У меня был хороший заработок, пока Мира не появилась.
Его взгляд остаётся спокойным, почти отстранённым.
— Я верю вам. Но суду нужны доказательства. Если вы оплачивали ипотеку, делали ремонт, платили за коммунальные услуги — это нужно показать. Выписки из банка, чеки, квитанции. Без этих документов любое ваше заявление суд будет рассматривать как субъективное мнение.