Она поставила нож, вытерла руки о полотенце и посмотрела на меня как будто сквозь.
— Ты только сейчас понял?
— Не-ет. Я знал. Просто… я думал, что мы друзья. Что так и должно быть. А потом… потом, когда поцеловал её, понял, что ничего не почувствовал.
Мама молчала. Только села напротив. Спокойно. Не осуждая.
— А сейчас?
— А сейчас я увидел, как она смеётся рядом с другим. И как будто... сердце выворачивает. Но это же не любовь, если я просто ревную, да?
— Не всегда. Иногда это просто эго. А иногда — прозрение.
Я закинул голову назад, смотрел в потолок и чувствовал, как всё внутри клокочет, как кипяток под кожей.
— Мам, как понять… любишь ты девушку как девушку или просто как подругу?
Она усмехнулась, взяла чашку с чаем, сделала глоток и ответила не сразу.
— А когда ты ложишься спать — ты о ней думаешь?
— Постоянно.
— А если бы она исчезла из твоей жизни совсем — тебе было бы легче?
— Я бы сдох, наверное.
— А когда ты с ней рядом, тебе хочется просто рядом быть? Или хочется больше прикасаться, обнимать, держать за руку?
— Иногда просто сидеть рядом. Молчать. Иногда хочется схватить и никогда не отпускать. Но потом — паника. Типа, а вдруг я её не так люблю?
— Это и есть любовь, Егор. Когда ты хочешь человека в своей жизни не только как друга, но и как смысл. Когда страшно — это нормально. Но если без неё больнее, чем с ней и всеми её сложностями — это уже не просто дружба. Это твоя женщина. Даже если ты ещё не готов, она уже стала частью тебя.
Я посмотрел на маму и понял — она не просто говорит. Она знает. С папой у них тоже было непросто, но они прошли через это. Вместе.
— Мам, а если я для неё — уже никто?
— Тогда ты сам реши: хочешь ли ты быть снова кем-то для неё? И если да — перестань ныть. Иди и скажи. Даже если боишься. Даже если опоздал.
Молча кивнул. Встал. Пошёл в комнату. Закрыл дверь.
Сел на кровать. Смотрел в экран. Открыл мессенджер. Там, вверху — чат с Асей. Последнее сообщение — стикер, тупой кот с грустными глазами. Она не ответила тогда.
А теперь уже и не ответит. Я у нее в чёрном списке. Можно попробовать написать через Марину.
Но палец завис над клавиатурой. И в голове крутилось одно:
Поздно — это когда ты умер. А до этого — всегда есть шанс.
Я начал писать.
Глава 11
Ася
Утро было обычным. Таким обидно-привычным. Университет, кофе на ходу, залипание в окно на паре, где доносится только фоновое "бубубу" преподавателя. И вот, на перемене, когда я сидела на подоконнике, листая ленту в телефоне и ковыряя невкусную булку из буфета, мне приходит сообщение от Марины. Она сегодня решила отоспаться и прогулять пары.
«Аська. Он написал. Не мне — тебе. Просто не знал, как передать. Я не должна в это вмешиваться, но… держи. Дальше решай сама.»
И переслала сообщение от Егора.
Я замерла. Долго не открывала. Пальцы дрожали. Как будто в этом сообщении мог быть взрыв, а не просто слова. И, если честно, я не знала — хочу ли вообще это читать.
Но прочитала.
"Ася. Я не знаю, с чего начать, потому что всё, что могу сказать — уже поздно. Ты призналась, ты жила рядом со мной, ты терпела весь мой бардак, и всё равно смотрела так, как не смотрел на меня никто. И я… да, я не был готов. Я боялся, тупил, прятался за других. И просрал всё. Но я скучаю. Очень. Это не проходит. Не затихает. Я думаю о тебе, когда засыпаю, и во сне зову по имени. Я не знаю, возможно ли что-то вернуть. Но если ты вдруг сможешь — поговори со мной. Просто поговори. Я люблю тебя. Теперь знаю точно."
Я перечитала сообщение три раза. И будто внутри меня всё перевернулось.
Пять лет. Пять, мать его, лет. Я держала эту любовь как камень за пазухой, молчала, прятала, пыталась быть "лучшей подругой", думала: "Ну вот сейчас он поймёт…". А он всё не понимал. Или делал вид. А теперь — говорит, что любит. Когда я вроде бы уже выбрала. Когда рядом — Антон. Спокойный, добрый, надёжный. С ним легко. Он не бросает в разгаре ссор. Не исчезает. Говорит комплименты. Заботится. И всё равно… когда читаешь такие слова — сердце не может молчать.
Оно бьётся громче. И больнее.
Марина вечером написала ещё раз:
«Ты должна понять, чего хочешь сама. Не из жалости. Не из страха. Только по-честному. Иначе будет больно всем — и тебе, и Антону, и Егору.»
Я выдохнула. И поехала после пар в торговый центр — просто отвлечься. Купить что-то ненужное, пощупать ткань, вдохнуть аромат дорогого кофе. Глупое женское "проветривание".
И вот стою я, рассматриваю худи в витрине, и вдруг краем глаза замечаю знакомую походку. Поворачиваю голову. Антон.