Глава 23
Прошел почти месяц с того момента, как мы с Егором наконец-то стали вместе. Месяц. Целых тридцать дней счастья, смеха, обниманий, прогулок, поцелуев. Иногда я ловила себя на мысли, что боюсь проснуться и понять, что всё это был сон. Но нет — он рядом, живой, реальный, мой.
Мы сидели в небольшом кафе возле универа. Я ковыряла вилкой чизкейк, Егор травил тупые шутки, и мне казалось, что жизнь идеальна. Он рассказывал, как вчера один препод перепутал фамилии и чуть не назвал его «Егоровна», а я уже давилась латте от смеха.
— Аська, серьёзно, ты бы видела его лицо, когда он понял, что ляпнул! — Егор захохотал так громко, что на нас обернулась пара за соседним столиком.
— Ага, — утирала я слёзы. — Я прям вижу, как ты сидишь и думаешь: «Ну всё, моя жизнь окончена».
— Да ладно тебе! — он подмигнул. — Я бы даже не обиделся. Звучит мило: Егор Егоровна.
— Ты идиот. — Я покачала головой, но улыбка всё равно не сходила с лица.
Я реально таяла от того, каким он был рядом со мной. Уютным. Забавным. Таким… настоящим.
И вдруг — как обухом по голове.
К нашему столику подошла девушка. Высокая, ухоженная, с идеально уложенными волосами.
И без лишних слов — наклонилась и чмокнула Егора прямо в губы.
Я замерла. Сердце ушло в пятки. Я смотрела на них и не могла даже вдохнуть.
— Привет, Егор, — протянула она, усевшись рядом, как будто это самое естественное в мире. — Давненько не виделись. Может, как-нибудь снова скоротаем время по-дружески?
Я до сих пор не могла сказать ни слова. У меня внутри всё перевернулось.
Егор резко отстранился.
— Юля. У меня есть девушка.
Я моргнула. Девушка. То есть… он сказал это. Но внутри всё равно что-то колотилось.
Юля вскинула брови и громко рассмеялась.
— Девушка? Да ладно! Егор, ты же трахал всё, что движется. Ты не создан для одной. Скажи, кто эта несчастная?
Егор сжал мою ладонь.
— Это Ася. И она самая счастливая, потому что со мной.
Я хотела улыбнуться. Хотела. Но Юля перевела взгляд на меня, и в её глазах плескалось откровенное презрение.
— О, ну конечно, — она скривила губы. — Я вообще не удивлена. Ты же всегда таскалась за ним, как собачка. Всем рассказывала, что вы лучшие друзья. И вот, наконец-то добилась. Ну что, Аська, хоть дала ему?
Я вспыхнула, как будто меня ударили. Слова застряли в горле. Я молчала, и этого хватило.
Юля довольно хмыкнула.
— Ага. Поняла. Так вот, дорогая, это колокол. Егор не может без секса. Значит, либо он уже кого-то имеет на стороне, либо скоро начнёт.
Я почувствовала, как в груди что-то ломается.
— И вообще, — Юля откинулась на спинку стула, — нигде в сети он не сказал, что ты его девушка. Ни фотки, ни статуса. А ты ведь постила, да? Стоит задуматься.
Она встала, поправила волосы и, даже не глядя на меня, добавила:
— Подумай, Ася. Ты слишком наивная.
И ушла.
Я сидела, глядя в одну точку. Как будто весь шум кафе исчез. Как будто мир рухнул.
Я сидела, застывшая, пальцы сжимали ручку сумки, а сердце стучало так, что казалось, его слышат все вокруг.
Егор тянулся ко мне, чтобы взять за руку. Я резко отстранила.
— Ася… — начал он тихо. — Не надо так. Она просто…
— Просто что, Егор?! — сорвалось с меня, и голос прозвучал громче, чем хотела. — Просто приперлась к тебе, чмокнула, и теперь все ок?
Он замялся, слегка покраснел.
— Нет, это… это не так. Я люблю только тебя, Аська.
Я скривила лицо.
— Правда? — шипнула. — Или просто это очередная херня, и я для тебя запасной вариант?
Он сжал мою руку сильнее, и я ощутила его тепло.
— Аська, это всё херня, что она говорила. Юля просто… завидует. И я никогда бы не позволил, чтобы это повлияло на нас.
Я вздохнула, пытаясь успокоиться. Внутри всё кипело: страх, ревность, недоверие, обида.
— А фотки? — продолжила я, с трудом глотая слёзы. — Почему ты не выложил ни одной совместной фотки? Я всё постила, а ты… будто стесняешься, чтобы все знали, что мы вместе?
Егор замялся, опустил глаза.
— Егор, — я накричала, — тебе важно, чтобы никто не видел нас в сети? Чтобы я была запасным вариантом? Или чтобы фотка с тобой не мешала тебе трахаться где-то на стороне?!
Он попытался что-то сказать, но я уже схватила вещи и рванула из кафе. На улице холодный ветер бил в лицо, и я шла, почти не чувствуя ног. Сердце билось как сумасшедшее, в голове стоял гул — Юля, Егор, его взгляд, молчание. Всё смешалось в один большой комок боли и обиды.