С каждым шагом к кафе напряжение росло. Каждый звук — шаги прохожих, шум машин, щелчки фонарей — казался эхом внутренней тревоги. Она пыталась контролировать дыхание, считала шаги, стараясь не думать о том, что может услышать от Егора.
Что, если он скажет, что это всё ложь? А если правда?
Мысли кружились, но решимость не ослабевала.
В это время Егор сидел в своей квартире. Окно было приоткрыто, и в комнату проникал запах мокрого асфальта и свежего дождя.
Он держал телефон в руках, каждое сообщение Аси заставляло сердце биться сильнее.
— Она придёт, — сказал он себе, но голос дрожал. — Она должна придти…
Он вспоминал, как в последний раз видел её лицо, дрожащие губы, стеклянные глаза. Он не мог допустить, чтобы всё потерять.
— Всё будет иначе, — шептал он. — Я объясню, если она даст шанс.
Он подошёл к зеркалу, поправил волосы, чуть подтянул воротник рубашки.
— Не испорть этот шанс, — пробормотал он себе. — Будь честным, будь собой.
Каждый звук за окном — шаги, движение машин, щелчки света — заставлял его сердце подпрыгивать.
Он пытался представить, что скажет, если Ася посмотрит на него так же, как в последний раз, и что он сможет сделать, чтобы доказать, что всё иначе.
Дорожка к кафе была узкой, ограждённой деревьями, мокрые листья скользили под ногами. Каждое движение казалось замедленным, словно сама реальность растягивалась, чтобы дать ей время подготовиться.
Она думала о том, что скажет: вопросы, каждое слово, каждая фраза. Как спросить, не крича, не рыдая? Как услышать правду, не разрушившись снова?
Она заметила отражение в витрине: ровная осанка, взгляд, полный решимости.
— Да, я напугана, — сказала себе Ася. — Но я не позволю никому снова сломать меня.
Егор вышел из квартиры, пальцы сжимали телефон, глаза сканировали улицу.
Она придёт, думал он. Она должна придти…
Дождь уже почти перестал, но город был мокрым, отражения фонарей делали улицу почти нереальной. Он пытался успокоиться, но внутри бушевало: тревога, страх потерять её навсегда,
Он дошёл до кафе, стоял под фонарём, оглядываясь, прислушиваясь к каждому шагу.
— Она идёт… — сказал он сам себе, когда заметил силуэт через мокрое стекло.
Кафе было почти пустым. Несколько людей сидели за окнами, некоторые с ноутбуками, некоторые просто пили кофе. Ася выбрала столик у окна, с видом на улицу, откуда можно было увидеть, как он придёт. Села, положила сумку рядом, выпрямила спину. Каждая мышца была напряжена, дыхание ровное, но внутри буря эмоций. Телефон завибрировал: “Я уже на месте.” — сообщение от Егора. Сердце подпрыгнуло. Она подняла взгляд к двери.
Егор вошёл в кафе, взгляд сразу ищет её. Когда заметил Ася, сердце сжалось, дыхание стало прерывистым. Она сидела так, словно сама собой создавая барьер — сильная, красивая, напряжённая. Он медленно подошёл, сел напротив, немного наклонившись.
— Привет, — сказал тихо, почти шёпотом. — Ты… ты как?
Ася посмотрела на него, взгляд был прямой, острый, не позволяющий ему приблизиться слишком легко.
— Нам нужно говорить, — сказала она спокойно, но с внутренним напряжением, которое почти ощущалось физически.
Он кивнул.
— Я знаю… — тихо сказал он. — Давай все обсудим.
Ася смотрела на него, на лицо, которое так любила. Каждая черта — знакомая и любимая, и одновременно сейчас пугающая. Если он предал… если правда… — эти мысли сжимали сердце, но она держалась. Она вспомнила каждый момент доверия, каждый поцелуй, каждую улыбку. Я не могу сидеть и ждать. Я должна услышать это сама. Лицом к лицу.
Сжимая кулаки под столом, Ася решительно сказала:
—Я видела… видео, где вы с Юлей целуетесь. Я хочу услышать правду.
Он опустил глаза, сердце колотилось.
— Ася… — начал он. — Всё, что ты видела… Я могу объяснить. Это было… это неправильно, и я…
Его слова прерывались, потому что он чувствовал весь вес её взгляда.
Он глубоко вдохнул, поднял взгляд:
— Юля… это была ошибка. Я не хотел, чтобы так получилось. Я… Я хотел остановиться, но…
Ася сидела молча, глаза жгли от эмоций.
— Но не остановился, потому что ты блядун. Я должна знать всё, — сказала она твёрдо. — Всё.
Егор кивнул, сердце сжималось, но он был готов говорить, готов объяснять, готов надеяться, что она услышит.
Она сидела за столиком в кафе, пальцы сжимали края стола, а сердце колотилось так, что казалось, будто грудь вот-вот разорвётся.