Он выглядел так уверенно и при этом немного волнительно, что у меня внутри всё перевернулось.
Марина, когда узнала, сразу включила режим «подруга-стилист»:
— Так, что наденешь?
— Не знаю, может, платье, а может брюки и красивый топ.
— «Может» — не вариант. Он тебя поведёт в ресторан, а ты хочешь выглядеть как студентка, сбежавшая с лекции?
— А что плохого в студентках?
— Они не ходят в дорогие рестораны, а едят бургеры в БК.
Я захохотала.
— Окей, ладно, выберу что-то приличное.
— Платье. Маленькое чёрное. Без вариантов.
Вечером перед встречей я стояла перед зеркалом. Платье — чёрное, простое, волосы чуть подкручены, лёгкий макияж. Телефон завибрировал:
Антон: «Я у подъезда. Не торопись, просто хотел предупредить.»
Я улыбнулась и написала:
«Минутку. И не смей говорить, что я долго.»
Он: «Жду, любимая»
И вот тогда, глядя на экран, я поняла: да. Я люблю его.
Не потому, что он идеален. А потому, что с ним спокойно. Потому что он держит за руку не для того, чтобы доказать что-то другим, а просто потому, что хочет быть рядом.
И пока я закрывала дверь, у меня внутри всё дрожало — не от страха, а от предвкушения. Что-то менялось. Навсегда.
Я застегивала пальто, чувствуя, как мороз щиплет щёки. Январь в городе был суров, но в этом была своя красота: лёгкий снег, отражающий фонари, прозрачный воздух, который колол нос и давал понять, что живёшь.
Антон уже ждал у подъезда. На нём было серое пальто, шарф чуть небрежно перекинут через плечо, руки в карманах, а на лице — улыбка, которая могла растопить даже зимнюю стужу.
— Привет, — сказал он, когда я вышла.
— Привет, — улыбнулась я, заметив, как свет фонарей играет на его волосах. — Слушай, холодно...
— Тогда держи мою руку, — протянул он.
Я немного смутилась, но вложила ладонь в его. Тёплая, мягкая, и вдруг весь город казался безопасным.
Мы шли к ресторану. Улица была пустая, снег скрипел под ботинками. Он говорил что-то о том, как один раз застрял на крыше зимнего дома и ел шоколад прямо с обледеневшей трубы, а я смеялась и пыталась представить этот нелепый, но милый момент.
— Ты представляешь, как бы я замёрзла? — хихикнула я.
— Думаю, пришлось бы тебя согревать, — сказал он с такой серьёзной интонацией, что мне снова стало тепло.
Ресторан оказался маленьким, с низким потолком, лампами, создающими мягкий желтоватый свет. Стены обвиты виноградной лозой, а запах чесночного хлеба и жареного мяса смешивался с ароматом горячего шоколада.
Мы прошли к столику у окна. Я села напротив него, положила сумку рядом и присмотрелась к меню.
— Я тебя потащу на что-нибудь калорийное, — предупредил он. — Ты же знаешь, я считаю, что жизнь без пасты — это трагедия.
— Хорошо, но тогда ты тоже заказываешь, что угодно, — ухмыльнулась я.
Он поднял бровь:
— Чёрт, ловушка. Ладно, паста и стейк — идеально.
Пока мы ждали еду, разговор тек плавно: о парах, преподавателях, о том, как смешно Марина пыталась готовиться к зимней сессии, забывая всё сразу после кофе. Я ловила себя на том, что улыбаюсь даже без причины. Просто потому, что он рядом.
— Ась, — сказал он тихо, наклоняясь чуть ближе, — а ты когда-нибудь думала, что можешь… так сильно кого-то хотеть рядом?
Я замерла. Слова легли как снежинки на грудь — холодно, но приятно.
— Наверное… думала, но не так, — выдохнула я.
Он улыбнулся, но взгляд стал мягким, почти трепетным.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива со мной. Не просто в этот вечер, а вообще.
Еда принесла официантка — дымящаяся паста с трюфелем для меня и стейк для него, бокалы с красным вином, хлебница с чесночным маслом. Мы смеялись, пробовали друг у друга, делились кусочками, как будто это были тайные сокровища.
— Вот это соус, — сказала я, облизывая ложку.
— Не говори, что тебе понравилось больше, чем мой стейк, — сделал он суровый вид, но глаза блестели.
— Хм… сложно выбрать, — деликатно ответила я, подмигнув.
Мы ели, и в этот момент всё вокруг исчезало: шум ресторана, запахи, даже лёгкий мороз снаружи. Осталось только мы, смех и тихие взгляды.