После ужина Антон предложил проводить меня домой. Я замялась:
— Можно… остаться у тебя на ночь? — спросила я почти шепотом.
Он замер, посмотрел на меня, будто хотел убедиться, что я говорю серьёзно. Потом тихо сказал:
— Конечно. Если хочешь.
Мы шли к его квартире, оставив каршеринг у ресторана. Снег скрипел под ногами, фонари отражались в мокрой брусчатке, и я чувствовала, что сердце вот-вот выскочит.
В квартире он включил тёплый свет, запах ванили от свечи, что стояла на кухне, смешивался с ароматом горячего чая, который он заранее приготовил.
— Раздевайся, чувствуй себя как дома, — сказал он, подмигивая.
Я сняла пальто и шарф, положила их аккуратно на стул. Антон дал мне свою футболку и шорты, чтобы я могла переодеться.
Он сел рядом, подал кружку с чаем:
— Горячий, как наши сердца. — Он усмехнулся.
Я взяла кружку, обхватив руками, и почувствовала тепло, которое шло изнутри. Сейчас тот самый момент.
— Знаешь, я раньше думала, что первый раз будет с кем-то другим, — сказала я тихо, глядя в окно на снежную ночь. — Но сейчас понимаю… это должно быть с тобой. Прости, что сразу так...я волнуюсь безумно...
Он наклонился, его руки осторожно обвили меня за плечи, лоб прижался к моему.
— Я обещаю, — прошептал он, — что никогда не причиню тебе боль. Буду только заботиться и любить, делать тебя счастливой.
Слезинка покатилась по щеке, и он мягко её стер поцелуем. Не страстно, а нежно — так, что внутри стало спокойно, тепло и безопасно.
Мы сидели в тишине, обнявшись, чувствуя дыхание друг друга. Он гладил мою руку, потом плечо, иногда касался волос. Это было больше, чем слова, больше, чем действия — это было доверие, близость, которую я никогда не ощущала.
— Ась, — сказал он, тихо, чуть дольше паузы, — я очень сильно тебя люблю.
Я закрыла глаза, прижалась сильнее.
— Я знаю… и я тоже.
В тот вечер мы целовались так много, иногда нежно, а иногда страстно. Я даже не поняла, как оказалась без одежды, Антон целовал каждый сантиметр моего тела. Когда он отстранился, чтобы взять защиту — я почувствовала холод. А затем он глядя мне в глаза начал медленно входить.
— Антон, — зашипела я.
— Прости, маленькая, больно?
Я лишь кивнула, а он нашёл мои губы и начал медленно их целовать, я расслабилась, полностью доверившись ему. Я помнила, что у нас было с Егором, но как хорошо, что я не отдала ему свой первый раз.
Постепенно Антон наращивал темп, а внутри меня образовался спазм. Я вцепилась в его плечи, а затем меня затрясло. Через пару толчков Антон издал рык, а затем упал рядом, обнимая меня за плечи и притягивая к себе. Мы лежали так какое-то время, я пыталась осознать тот факт, что тепепь я женщина.
— Ты как? — спросил он меня.
— Хорошо, — ответила я, посмотрев в его глаза.
— Я тебя люблю Ась. И никому не отдам!
Я поддалась чуть вперед и поцеловала его в губы.
— И я тебя, Тош.
Я проснулась от того, что солнце мягко пробивалось сквозь занавеску и играло на стене полосами света. В комнате пахло кофе и чем-то сладким — наверное, круассанами, которые Антон оставил на столике вечером, он решил, что надо заранее заказать нам завтрак.
Он ещё спал, лежал на спине, руки раскинуты в стороны, лицо спокойное. Я тихо улыбнулась и повернулась на бок, чтобы наблюдать за ним, будто боялась пошевелиться и нарушить этот мирный момент.
На мне была его футболка, мягкая и огромная— пахла его парфюмом и порошком, и внутри сразу стало тепло. Я глубоко вдохнула, чувствовала запах его волос, смешанный с утренним воздухом через приоткрытое окно.
Он зашевелился, потянулся и тихо пробормотал:
— Доброе утро…
— Доброе, — улыбнулась я, пытаясь не разбудить его полностью.
Но он открыл глаза, увидел меня и тут же сел на кровать, обхватив меня руками:
— Ну, вот так, наконец, проснулась моя любимая.
— Ты тут с утра будешь разыгрывать романтическую сцену? — усмехнулась я.
— Почему бы и нет? — подмигнул он. — Всё же январь, снег, первый совместный завтрак… романтика сама себя не создаст.
На кухне стол был накрыт: две кружки с кофе, тарелка с круассанами, мед, маленькая миска с ягодами. Антон сделал вид, что всё это как-то «случайно» получилось, но я знала, что он заранее всё продумал.