— Ты профессиональный кулинар или профессиональный романтик? — спросила я, садясь за стол.
— Давай скажем… универсальный мастер на все руки. — Он наклонился и сделал вид, что нюхает кофе.
Мы ели, смеялись, обсуждали вчерашний ресторан. Я рассказала, как пыталась не раздавить пасту вилкой.
— Знаешь, — сказал он тихо, — я рад, что ты осталась.
— Я тоже, — ответила я, стараясь, чтобы голос был ровным, но внутри всё пело от счастья.
После завтрака мы вернулись в комнату. Он сел на диван, я — рядом, ноги согнув под себя. Я заметила, что он иногда смотрит на меня так, будто пытается запомнить каждый изгиб лица, каждое движение.
— Ась, — тихо сказал он, — а тебе правда хорошо со мной?
Я взглянула на него, удивлённо улыбнулась:
— Почему вдруг сомневаешься?
— Просто… не хочу вновь потерять тебя, не хочу быть вторым.
Я обняла его за плечи, положила голову на грудь.
— Я уверена. Потому что с тобой спокойно. Потому что с тобой мне не нужно притворяться и защищаться, не нужно ждать подвоха. Как там говорят психологи, что самые здоровые отношения — это скучные.
— Я удивительная, — сказал он, поглаживая мои волосы.
— Ты это говорил. Я бы не подарила тебе свой первый раз, если бы не любила тебя или сомневалась в чем-то, — добавила я с лёгкой улыбкой.
Мы сидели так, молча. Тепло от его рук, запах кофе, тихий звук ветра за окном — и мир казался идеальным. Я понимала, что больше не хочу возвращаться к прошлому. К Егорам, к страхам, к драмам.
В какой-то момент он наклонился, взял мою ладонь в свои, и я почувствовала, как внутри что-то засияло.
— Знаешь, я бы хотел прожить с тобой всю жизнь, если захочешь, — сказал он тихо, почти шепотом.
Я прижалась к нему.
— Я хочу, — ответила я.
Он улыбнулся, и это была самая настоящая улыбка — не для кого-то, не как игра, а просто для меня.
— Ась… — начал он снова, и на этот раз голос был серьёзный, — ты моя настоящая удача.
Я засмеялась и, не раздумывая, поцеловала его. Долго. Лёгкое прикосновение, сначала робкое, потом уверенное. Это был не страстный порыв, а нежность, которую я хранила в сердце долгое время.
— Ты такая милая, — сказал он после паузы, улыбаясь уголком губ.
Весь день прошёл в лёгкой неге: фильмы, чай, разговоры, перерывы на сон на диване, когда мы обнимались и смотрели друг на друга, пытаясь запомнить каждый момент. Я ощущала, что любовь может быть мягкой, тёплой, настоящей и одновременно очень живой.
Глава 35
Снег под ногами хрустит, будто ломается тонкое стекло. Вечер стекает по крышам мягким светом — где-то мигают гирлянды, где-то из окон тянется запах ванили и мандаринов. Воздух морозный, но чистый, звенящий, будто мир снова стал проще, честнее, понятнее.
Антон идёт рядом. Его рука в моей — тёплая, уверенная, чуть шершавее, чем раньше. Мы молчим, но это то молчание, в котором нет неловкости. Только дыхание, пар, скрип снега и редкие звуки машин вдали.
— Замёрзла? — он поворачивает голову, смотрит внимательно, будто боится упустить малейший оттенок моего выражения.
— Нет, — улыбаюсь я. — Наоборот. Хорошо. Тихо.
Он сжимает мои пальцы крепче, и я чувствую, как будто внутри что-то сдвигается — спокойствие растекается по телу, словно от горячего чая после долгой дороги. Я давно не чувствовала такого простого, бытового счастья — когда ничего не нужно доказывать, спасать или объяснять.
В витрине справа отражаемся мы — два силуэта в свете фонаря. Он чуть выше, я прижимаюсь к нему плечом, а снег падает медленно, почти в такт нашим шагам.
— Хочешь сделать селфи? — вдруг спрашивает Антон.
Я улыбаюсь, не сразу отвечаю.
— Кто ты и что ты сделал с моим парнем? Тебя похитили инопланетяне? — наконец говорю.
— Ага, — он улыбается, — сказали, что нужно делать свою девушку счастливой.
— Ты и так меня делаешь счастливой, — отвечаю я, — вставай слева, правая сторона моя рабочая.
Он смеётся тихо, почти беззвучно. Я замечаю, как у него на ресницах собираются снежинки, как краснеют щёки, и от этого вдруг хочется остановиться, обнять, уткнуться в его шарф. Мы делаем кучу фотографий. Антон целует меня в щёку, обнимает, улыбается. Это приятно, когда твой мужчина хочет сделать с тобой фото сам, а не через манипуляции и упрёки.