Вечером я позвал Тимура. Мы с ним с первого курса вместе. Он видел, как я по девкам скакал, и как Ася всё терпела. Он, наверное, единственный, кто знал, что "она для меня — больше, чем просто подруга", даже когда я сам этого не понимал.
Сидим у меня на кухне, чипсы, пиво, видимость спокойствия.
— Ну и что ты теперь сопли жуёшь? — спрашивает Тимур. — Ты же знал, что она тебя любит.
— Знал, — выдыхаю. — Но я не мог ей ничего пообещать. Я не готов. Я не такой.
— Ты не готов или просто ссышь?
— И то, и другое.
Он смотрит на меня. Молча. С укором. Потом выдыхает:
— Егор, ты дурак. Реально. Тебе дали в руки золото, а ты начал проверять, не блестит ли оно слишком ярко. Ты потерял не просто подругу. Ты потерял человека, который тебя реально любил, знал всё говно в тебе — и всё равно выбирал. Каждый день.
— А я не могу...
— Да можешь. Просто не хочешь. Потому что так удобней — трахать девок, смеяться, жить легко. А любовь — это сложно, да? Это не "киса на вечер", это ответственность.
Я не отвечаю. Потому что не знаю, как ответить. Он прав. А в голове только она. Ася. С её усталой улыбкой, с глазами, полными слёз, когда она кричала, что больше не может. С её голосом, который когда-то звал меня "гандоном", когда я тупил, и "героем", когда я помогал ей донести сумку. Она ушла. А я остался. С пустыми руками. С чёртовым сердцем, которое всё-таки проснулось — поздно, как всегда.Меня штормило знатно.
— Ладно, психолог на коленке, давай просто напьемся.
— Легче станет?
— А что я могу предложить ей? Я ее поцеловал, и она поняла, что я не могу ей ответь такими же чувствами.
— Ты идиот, Егор, вот реально идиот. Я понял, как проебался, когда потерял свою Лику. И мне пришлось доказывать потом и себе, и ей, что я ее люблю не как подругу, а как женщину. С которой хочу быть вместе: хочу гулять, жить, просыпаться по утрам, целовать, заниматься сексом, путестовать.
— Блять, я не знаю, Тим. Что я должна сказать был: "Ась, ты подожди, я тут разберусь, люблю я тебя как девушку или нет, хочу или нет".
— Ты всегда ей самой первой пишешь и отправляешь мемы, фотки. Ее больше не будет в твоей жизни, если ты не перестанешь херней страдать и не соберешься.
— Мда, твоя семейная жизнь дала свои плоды.
— Ха-ха-ха, и ты там будешь, Егорчик, если не опоздаешь.
Егор сделал еще глоток пива. И понял, что стал еще сильнее скучать по Асе.
Глава 10
Егор
Я шёл куда глаза глядят . Просто ноги сами несли куда-то вдоль улицы, знакомой до боли, до тошноты. Не помню, зачем вообще вышел — вроде хлеб купить, вроде просто проветриться. Солнце било в глаза, под ногами шуршали листья, и всё вокруг будто нарочно напоминало: «Ты один, братан. Привыкай».
И вот, вроде бы просто поворачиваю за угол, а сердце — в пятки. Она.
Ася. В своей легкой курточке, с распущенными волосами, смеётся. Громко. С тем самым смехом, который раньше всегда был моим. И рядом он. Антон. В белой футболке, с этим дурацким "я-парень-из-кино" прищуром. Держит её за талию, говорит что-то, она откидывает голову и снова смеётся, а я стою в тени подъезда как призрак. Как будто меня больше нет.
Они меня не видят. И, честно? Я не хочу, чтобы видели. Пусть живут в своём мире, где меня не было. Где я не делал больно. Где я не тормозил, не молчал, не сливался.
Она счастлива. Реально счастлива. И не потому, что я её туда отпустил. А потому, что я не смог остаться.
Вернулся домой как будто на автопилоте. Пинком открыл дверь, прошёл на кухню и застал маму за нарезкой салата.
— Привет, — буркнул я, плюхаясь на табурет.
Мама кивнула, бросила взгляд:
— Чего ты грустный ?
— Мам, — выдохнул. — Ася мне когда-то призналась. Ну… что любит. А я всё проебал.