Тим Волков, Андрей Посняков
Земский докторъ. Том 7. Переезд
Глава 1
Москва, апрель, 1918 год
Автомобиль «Минерва» модель С, выпуска 1910 года недаром считался шикарной машиной. Да, пусть и не новый, но, большой просторный, с почти бесшумным бесклапанным двигателем, он отличался завидной плавностью хода и запросто выжимал сто километров в час. Правда, не по московским булыжным улочкам.
Доктор Иван Павлович Петров (ныне — член коллегии медико-санитарного отдела Моссовета (будущего наркомата здравоохранения) и один из заместителей Семашко) возвращался домой на служебном авто. Водитель в кожаном плаще и летном шлеме, сидел в открытой кабине, собирая на себя всю апрельскую грязь от проезжавших навстречу машин и пролеток. Ивану Павловичу даже было немного стыдно за свою закрытую пассажирскую кабину — целый салон с мягким диваном и затемненными окнами. Не кабина, а просто какое-то купе в вагоне первого класса! Недаром «Минерва» пользовалась расположением коронованных особ, если, конечно, не привирал шофер. Ну, да с чего б ему врать-то? Человек солидный, уже далеко за сорок, знаток своего дела, еще и неплохой механик в придачу, звали его — Игорь Иванович Ванько.
Удобный салон, мягкий ход — можно было спокойно поработать, просмотреть акты и заявки на медикаменты, поступившие почти со всех расположенных на Девичьем поле клиник, а их там было великое множество — целый Клинический городок, расположенный к северу от знаменитого Новодевичьего монастыря, и растянувшийся от излучины Москвы-реки почти до Садового кольца.
Так… Бумаги, бумаги… запросы, акты… Госпитальная хирургическая клиника, клиника нервных болезней, клиника кожных и венерических болезней… Проблема с этими болезнями в Москве! Особенно — с сифилисом. Хотя, не только в Москве, если честно. Профилактикой нужно заниматься, вот что! Выступить завтра на коллегии… Обязательно!
Ох ты ж, снова впереди лужа! Еще и встречный извозчик… чтоб тебя — бедный шофер!
Слева, обгоняя, пронесся какой-то лихач — пролетел, словно пуля! И — да, конечно по луже — ага! Быстро какое авто — почти гоночное. Интересная модель — двухместное спортивное купе, белое, с красным капотом и дверцами. В открытой кабине — двое, кожаных шоферских шлемах и очках-консервах.
Сидевший слева водитель резко крутанул руль, нагло подрезая «Минерву». Тормознув, Ванько тут же нажал на клаксон, выругался и погрозил кулаком зачем-то обернувшемуся пассажиру. Широкое лицо, пшеничные английские усы — вот и все, что можно было разглядеть.
— Пижоны дешевые! — приоткрыв переднюю форточку, выкрикнул доктор.
Подбодрить шофера!
— Вот то и есть! — обернулся тот… — Ч-черт! Вот же ж, сволочь!
Пижонское красно-белое купе вдруг резко замедлило ход, и водитель едва успел затормозить, что было непросто — все-таки «Минерва» имела массу почти тысячу семьсот кило!
Что-то хлопнуло… Пробили колесо? Снова хлопок. Звон разбитого стекла… Круглая дырочка… Пуля!
Повернувшись, усатый пассажир на ходу садил внахлест из нагана… Вскрикнув, Ванько схватился за левую руку…
— Сворачивай! Сворачивай, Игорь Иваныч! — выхватив наградной браунинг, закричал доктор.
Как мог, прицелился… потянул спусковой крючок…
Пуля угодила в багажник. Следующая просвистела над головами пижонов — ухабы…
Купе резко прибавило ходу. Ушло, обогнав грузовик…
Водитель свернул на узкую улочку и остановил машину.
Иван Палыч выскочил из кабины:
— Иваныч! Ты как?
— Рука… — хватаясь за окровавленный рукав, простонал шофер.
— Сейчас, сейчас… — доктор вытащил из-под сиденья аптечку.
Слава Богу, нашлись и йод, и бинты…
Перочинным ножом Иван Палыч разрезал рукав… и грустно присвистнул:
— Сейчас перевяжем… И в Хирургическую…
— Может, не надо?
— Надо! Давай-ка осторожненько в салон…
— Да кровь же все заляпаю!
— Пустяки какие!
— Иван Палыч! Там вон — тряпица… подстели…
— Все, молчи! Не трать силы.
Усевшись в кабину, доктор запустил пневматическое зажигание… Двигатель завелся с полтычка и довольно заурчал. Вспомнив свой верный мотоциклет «Дукс», пока остававшийся в Зарном, Иван Палыч выжал сцепление, врубил передачку и, немного поддав газку, плавно тронулся с места.
Он уже не раз, с разрешения Ванько, ездил за рулем «Минервы», вспоминал прошлое… Свое, московское прошлое — начала двадцать первого века!
Шофер тогда удивленно свистнул:
— Вижу, водить приходилось!
Знал бы он…
Позади остановился грузовик. Что-то грузили…