— Анну Львовну в наркомат забросим?
— Конечно, забросим, Иван Павлович! — трогаясь с места, улыбнулся в усы шофер.
Громоздкий с виду автомобиль плавно набрал скорость…
Высадив Анну Львовну у наркомата народного просвещения, еще заехали в недавно созданный наркомат здравоохранения — товарищ Семашко хотел обсудить с доктором что-то важное.
Однако, Николая Александровича на месте не оказалось — вызвали на срочное совещание в Совнарком.
— Ну, что же, — Иван Палыч пожал плечами. — Тогда вечером загляну. Или завтра.
Уже спускаясь, доктор встретил на лестнице запыхавшегося молодого чекиста. Того самого серьезного парня с глазами-буравчиками, который арестовал завистника и предателя Бороду! Как же его… Максим! Максим Шлоссер.
— Иван Павлович! — завидев доктора, радостно воскликнул чекист. — А я вас ищу по всему наркомату! Я понимаю — некогда. Но, показания б с вас снять…
— По Бороде?
— Да нет, не по Бороде, — Шлоссер покривил губы. — По грузовику, который вы вчера видели в Люберцах. Наших я уже всех опросил… Может, вы чего добавите? Вот можно в секретариат пройти…
— Ну-у… грузовик, как грузовик… — усевшись на кожаный диван, протянул доктор. — Фургон с отрытой кабиной… Марки… как его… шофер говорил — «Вайт». Американский.
— Да-да, знаю, — покивал чекист. — Шофера, случайно, не разглядели? А, может, еще там кто был?
— Не, не видел, — Иван Павлович развел руками. — Темновато было, да и грузовик на скорости шел. Километров, наверное, тридцать… А что такое?
— Да угнали его третьего дня от военного склада… — махнул рукой Шлоссер. — А все кражи с военных складов у нас в ЧеКа! У меня, если конкретно. Потому, как считается — саботаж и диверсия.
— Поня-яатно… И много вообще воруют?
— Да случается… — чекист неожиданно усмехнулся. — Представляете, с авиационного склада ракеты списанные поперли! Ну, для аэропланов — аэростаты сбивать. Ума не проложу, они-то кому понадобиться могли, чертовы эти ракеты?
Ракеты! В Первой мировой войне⁈ Честно говоря, у доктора это в голове не укладывалось. Ракеты…
— Они только с аэроплана запускаются… — прощаясь, засмеялся Шлоссер. — В белый свет, как в копеечку!
Подъезжая к фабричному зданию в Люберцах, Иван Палыч вдруг увидел следы автомобильных шин, четко впечатавшие в грязи. Попросив водителя притормозив, доктор выбрался из машины…
Не этот ли грузовик встретился вчера у колодца? Не его ли угнали с военного склада? Зачем? А, впрочем, мало ли в Москве и Подмосковье машин? Может, это вообще легковая проехала.
— Грузовик! — глянув, определил шофер. — И видно, груженый. Вон, какой след четкий! А вот это… — он указал рукой. — Это — да, легковая.
Грязная повертка, куда свернули машины, огибала заброшенное здание из красного кирпича, ныряла в ольховыми зарослями, и дальше исчезала в лесу.
— А куда она ведет? — осведомился доктор.
— Да Бог ее знает, — водитель пожал плечами. — Деревень тут много, городков, сел. Одно слово — Московская губерния!
— Ну да, не так и далеко от Москвы…
Иван Палыч задумчиво посмотрел на заброшенное строение, коим вот так же вот любовался и вчера. Коли оно ничье, если нет хозяина в лице какого-нибудь наркомата, так, верно, можно и разобрать его на кирпичи! А кирпичи потом использовать для расширения фармацевтической фабрики, построить побольше цехов, лаборатории, гараж…
— Хороший кирпич, — одобрительно покивал водитель. — Говорят, тут раньше скотобойня была… А, хотя нет! Скотобойня — дальше. А тут — каретные мастерские.
— А чье они теперь? Ну, здание…
— Да черт его… То ли наркомата путей сообщения, то ли — почт и телеграфа.
Иван Палыч покачал головой:
— Что же они сторожа-то не выставили? Растащат ведь! Разберут на кирпич.
— Да, ночью, верно, есть сторож…
Пригревало солнце. Бежали по небу белые кучевые облака, а сразу за развалинами, на лугу, сияли рассыпанными золотом одуванчики и купавницы.
К слову сказать — не такие уж и развалины! Чуток сложиться — и можно прямо здесь цех открыть, и лаборатории. А что? Идея!
Отпустив шофера, Иван Палыч, однако же, в лабораторию не пошел, а решил немного пройтись — голову проветрить. Невдалеке вдруг послышались крики: мальчишки играли в «казаки-разбойники», бегали друг за другом. Покричали, побегали — да скрылись из виду. Верно, местные. Из какой-нибудь ближней деревни.
Мысли Ивана Павловича вновь вернулись к угнанному грузовику, а больше того, даже не к нему, а к похищенным с авиационного склада ракетам! Воображение с готовностью нарисовало могучие грозные установки типа «Града» или, по крайней мер — «Катюши». А что, если из такой штуки бабахнут по лаборатории и цеху? Это ж в клочья все разнесут! Ну, не зря же Рейли и его спутница ездили в Люберцы на своем «Уинтоне»!