Это его и спасло. Место, где он должен был сейчас пробегать, вдруг вспухло ослепительным пузырем плазменного взрыва. Фильтр шлема стал угольно-черным. Степу швырнуло прямо в набегающего Декстера, и они втроем с Соловьем покатились по земле, смешавшись в одну кучу.
Кто? Это была первая мысль, вспыхнувшая в голове у Степы. Единственным источником информации оставалась схема на шлеме, и Степа, поднимаясь на ноги, уставился в нее, пытаясь разобраться. Разобраться получилось быстро, а ставший опять прозрачным шлем подтвердил его догадку. Саксам не надо было стараться уничтожить мощную «Жабу», с этим вполне могла справиться спешившая на помощь «сигара». Им надо было перехватить беглецов, ради которых, собственно, тут все и затевалось. И они перехватили. Два атмосферника остались плеваться огнем, сдерживая космоштурмов, а один на полной скорости обогнул неповоротливую на земле «Жабу» и проскочил к шестерке беглецов.
Степа успел выпрямиться. Он даже успел увидеть, как второй атмосферник, плюнув на обороняющихся пехотинцев, проскочил между залпами космоштурмов и «Жабы» и тоже выходит на огневую позицию. Им осталось жить несколько секунд. Сдвоенный залп пусть и не самых мощных орудий ботов поджарит их, как тот стейк, оставшийся в тумане.
Тумане… Как там было хорошо, безопасно… Донкат сам поразился силе сожаления, промелькнувшего у него. И тут же молочно-белая стена, как будто услышав его мысли, взвилась клубами тумана и опала. Откуда Степа понял, что она ждет приглашения?
«Помощь, безопасность, враги» – Донкат выстрелил образами, сам точно не зная, что и кому он хочет сказать. Но его услышали.
– Справ… – раздался в наушниках запоздалый предупреждающий крик, и все смолкло.
Белая пелена прыгнула вперед. Не перетекла, не протянулась щупальцами тумана, а именно прыгнула, взвившись вверх и упав на приготовившуюся к смерти шестерку. Разноцветные точки исчезли с забрала, связь пропала. Мир задернуло мутной занавесью, в которой погасла, исчезнув, стая ослепительных огненных шаров, летящих в них.
И тут же все вернулось обратно. Связь, схема, звуки, цвета. Только на месте одного из атмосферных ботов поднимался клуб дыма, а второй с огромным трудом выходил из маневра, при котором он неизбежно врезался бы в землю. Вроде выровнялся. Но новый взятый им курс больше не нацеливал его орудия на них. Бот убегал.
Степа поднял глаза к небу. Чудеса продолжались. Полет надвигавшейся на них «сигары» тоже перестал быть таким уверенным. В нем появилась хаотичность, непоследовательность. Штурм-бот саксов начал отворачивать, не желая попадать в странную зону, где не действуют общепринятые законы физики. Но и на таком расстоянии он остался грозной силой. Донкат почти физически почувствовал, как прицелы «сигары» останавливаются на них.
– Вперед, бегом!
Степа (откуда только силы взялись) выдернул из грязи валяющегося Соловья и взвалил его на подставленные плечи Декстера. Теперь профессор. Да вставайте же. Селена. Селена! Девушка не шевелилась. С ухнувшим в пятки сердцем Степа схватил безвольно повисшее тело и заглянул в лицо. Ф-фух, жива: длинные ресницы вздрагивали, губы болезненно кривились, но она была жива. Одним движением, скопировав прием Декстера, Степа взвалил ее на плечи и тяжело развернулся. Ох и ничего себе. Хрупкая Селена на плечах весила не меньше штурм-бота. И как Декстер столько времени Соловья таскает? Орден ему. Нет, два.
– Вперед, – прохрипел он, набирая скорость.
Сто метров. Последние сто метров. Уже меньше, меньше, меньше. Вот обугленный участок, за ним барахтается кто-то в убээсе. Пенек? Жив, родной.
– Профессор, взять Пенька, – выплюнул приказ Степа.
Только бы Петрухин не начал задавать дурацкие вопросы. Не начал. Профессор склонился над космоштурмом, помогая ему подняться. Медленно, слишком медленно. А Декстер уже далеко. От «Жабы» к ним уже набегали бойцы, разобравшись в происходящем. Пятьдесят метров. Степа на ходу, балансируя с Селеной на плечах, одной рукой схватился за руку стоящего на коленях Пенька и, продолжая бег, инерцией двух скафандров потянул космоштурма за собой. Хвала КосмоБогу, встал. Поддерживаемый профессором, Пенек заковылял вперед. Ну же.
– Что происходит? – раздался в наушниках до боли знакомый голос.
Только сейчас Степа понял, что все про все заняло несколько десятков секунд, за которые никто просто не успел даже скоординироваться.
– Шойс, поставь меня, – скомандовал очнувшийся Соловей.
Вот никогда бы Степа не сказал, что так расстроится из-за того, что Соловей придет в сознание.