На работе тоже все повздыхали, поахали. Выпустили корпоративный бюллетень, восхваляющий очередное достижение отдела продаж (о его «подвигах» Соловей категорически запретил широко распространяться), да и пошли дальше. Такова жизнь. В продажах через два дня о тебе никто уже и не вспомнит. И не вспомнили. На Степину долю остались байки в барах, запись о поощрении в личном деле да привычка гонять на «Пионере» на грани фола. Ну, и еще он начал отращивать себе «мамкин валик». Просто так, чтобы было. Он задумывался и про космоштурмовскую косичку, но решил, что это будет уж слишком.
Конечно это было не все, за кадром оставалось… много чего. Но это к работе не относилось. Или относилось, но совсем уж другим краем.
Еще Степа заметил, что стал резче. Не злее, не агрессивнее, а скорее четче. Он больше не хотел тратить кучу времени на болтовню. Ему перестал нравиться прежний офисный стиль работы: «Зачем говорить слово, если можно сказать двадцать?». Он начал общаться с клиентами ровно по теме. Ни слова в сторону. Цифры, факты, договоренности, результат. И, что самое интересное, работы стало в разы меньше, а продаж – больше.
Но это больше его не радовало. Случись такое полгода назад, он был бы счастливейшим из смертных. А сейчас он просто фиксировал цифры в бесконечных выматывающих душу отчетах и ждал вечера, чтобы побыстрее пойти домой.
Вот и сегодня…
Донкат окинул взглядом свой стол. Идеальная чистота. Сегодня пятница, и Степа еще вчера постарался, чтобы на сегодня не осталось никаких дел. Вообще. Преимущества нового стиля работы. Степа еще раз с тоской посмотрел на сияющий пустотой стол. Как-то он слишком хорошо постарался. Дел на сегодня нет и не будет, а вот чем заниматься до вечера, об этом он как-то не подумал. Кофе? Пожалуй. Степа с тоской вспомнил «ненавистную» бойджу. Ха, сейчас он бы не отказался от пары-другой кружек бойджа. Из рук Пенька. Только где тот Пенек? Единственный оставшийся в живых из всего бот-подразделения.
Ай, горячо. Степа сам не заметил, как за своими раздумьями добрался до автомата с кофе, заказал чашку и схватился за нее, не глядя. Он перехватил чашку и затряс обожженной рукой.
– Больно? Бедненький, – тут же раздался сзади сладкий голосок.
Степа напрягся и обернулся. Напрягался он не зря. Сзади стояло и призывно улыбалось очаровательное создание. Лена. Или Оля. Или Катя. Кажется. Он точно не помнил. Опять же, полгода назад он бы среагировал мгновенно. И реагировал бы еще месяца два без перерыва. А потом сменил.
Но штука была в том, что полгода назад он был тут же, в этом же самом офисе, и звали его так же. Вот только эти Лены-Оли-Кати как-то не спешили его жалеть, когда он кофе обожжется. Таких, как он, «открытых, умных и энергичных», в офисе пруд пруди. Что изменилось сейчас? Степа не хотел об этом даже задумываться. По двум причинам. Первая – это то, что тут можно настолько далеко зайти, что перестанешь верить вообще во весь женский пол, подозревая всех и вся в корыстолюбии, падкости на славу и т. д. и т. п. Тут вообще вариантов была масса. Но эта причина была не главной. Главной была вторая. А вот вторая… Вторую звали Селена. И она приезжала через два дня.
От этой мысли Степе стало так хорошо, что он растекся в блаженной улыбке… И тут же стер ее с лица. «Очаровательное создание» тут же приняло улыбку на свой счет и изготовилось к бою. А вот начинать всю эту бодягу с полунамеками, вежливыми приглашениями, отказами, сальными шутками и прочим-прочим не хотелось настолько, что Донкат немедленно стал готов к любой работе. Где угодно, только подальше от офиса.
– Э-э, да, – Степа сменил улыбку на более неуверенную и постарался сбежать. Неизвестно, получилось бы у него, но тут вовремя подвернулся Сашка Дементьев. Донкат обрадовался ему как родному.
– Извини, дела, – вежливо откланялся он куда-то в сторону «создания» и, подхватив Сашку под локоть, повел к выходу.
– Так кофе, – трепыхнулся было тот.
– Держи, – Степа протянул ему свой. – Что-то передумал.
И схватился за первое, что пришло в голову.
– Ну что там с зарплатой?
– Да ничего, – удивленно пожал плечами Сашка. – В понедельник, как обычно. А ты с чего интересуешься? А-а, – что-то понял он для себя. Степа бы тоже не отказался это понять, но почему-то ничего в голову не приходило. Но Сашка тут же пояснил. – Бонус ждешь?
– Э-э, да, – обрадовался легкому решению Степа. – Интересно же.