Сюрприз и вправду был всем сюрпризам сюрприз.
Их кабинет Декстер с молчаливого согласия Степы отделал как можно мягче и массивнее. Основным принципом, используемым при выборе мебели и материала, была фраза «чтобы дядя Декстер мог удобно сидеть на любой горизонтальной поверхности». Поначалу Степа не придал этому лозунгу должного значения, а когда увидел результат, было уже поздно. Поскольку «дядя Декстер» весил сильно больше центнера, то все горизонтальные поверхности (ну уж и вертикальные заодно) запросто могли выдержать взрыв плазменного заряда, не меньше. Это был не кабинет. Это больше смахивало на долговременное огневое сооружение. О чем Степа саксу тут же и сообщил. Но тот только похохатывал, знакомя Донката с деталями интерьера, выдержанного в благородно-зеленом стиле. Правда, когда Степа уселся за свой стол, на который прямо-таки просился какой-нибудь станковый импульсник в качестве украшения, он немного сменил свое мнение. А ведь и правда уютно. Так оно и осталось.
И вот теперь в одном из огромных гостевых кресел, развернутых спинками ко входу, посреди всей этой монументальности восседал обещанный сюрприз. Степа еще на входе углядел сверкающую в свете ламп лысину, и к моменту, когда «сюрприз» выбрался из кресла, он уже точно знал, кто пожаловал к ним в гости.
– Привет, Малыш, – Соловей, как обычно, в своей манере.
По чуть прищуренным, как будто прицеливающимся глазам не поймешь: он издевается или просто позывной вспомнил?
Он и вправду был рад видеть Соловья. Но чтоб ему чуть раньше приехать. Или позже.
– Здравствуйте, Сергей Петрович, – отозвался Степа. Как ему показалось, достаточно бодро и жизнерадостно.
Соловью тут же показалось обратное.
– Что с ним, Шойс? – космоштурм перевел взгляд на сакса.
– Сам не знаю, – пожал плечами тот. – Пришел расстроенный, говорит, проблемы на работе. Сейчас послушаем. Прямо даже не знаю, – он осклабился, – сможем ли чем-нибудь помочь?
– Чтобы три космоштурма да не справились с текущими рабочими проблемами? – нарочито удивленно поднял брови Соловей. – Не верю. Давай, делись, все решим.
Степа представил решение его проблем в понимании Соловья с Декстером и содрогнулся. Может, зря он все это затеял?
– Рассказывай, – Соловей уселся обратно в кресло, показав на диван перед собой. Декстер, не тратя времени, примостился на первую же попавшуюся под… корму «горизонтальную поверхность». Зря он их, что ли, такими заказывал?
Степа посмотрел на их внимательные и готовые к немедленному действию лица, сглотнул и понадеялся, что, может, все обойдется как-нибудь… малой кровью.
Он одновременно и ошибся, и нет. Крови не было вовсе…
А виски Декстер в итоге зажал. Сказал: «Потом. После всего. Если захочешь».
Глава 27
Элечка все-таки была суперпрофессионалом. Как она умудрялась сохранять нейтральное выражение лица при всей этой ситуации, можно было только гадать. Выдавали ее только глаза: большие и удивленные. Мягко говоря…
– Все будет хорошо, – постарался успокоить ее Донкат. – Они вообще-то мирные. Добрые и хорошие.
В глазах Элечки проступило такое недоверие, что Степе стало ее жаль. Он искренне понадеялся, что все слухи о ее близких отношениях с начальством так и останутся слухами. А если и нет, то пусть это будет не Засятин.
– Они просто поговорить зашли, – добавил он.
Секунду Элечка смотрела на него, как будто пытаясь связать его слова с двумя фигурами, скрывшимися за массивной дверью и приказавшими беспокоить только в случае галактической войны. А потом маска невозмутимости дала трещину, и Элечка прыснула в кулачок, в одно мгновение превратившись в обыкновенную девушку. Пусть и очень красивую.
Ура, это не Засятин. Степа искренне порадовался за Элечку. А потом соотнес свои слова с общей картиной, как она выглядела со стороны, и тоже рассмеялся.
Да уж, не совсем похоже на правду. Выглядело это, надо признать, несколько… как бы это правильнее сказать… необычно.
Насколько пустынны были коридоры офиса, когда он его покидал, настолько же переполненными они оказались при их возвращении. Но вопреки Степиным ожиданиям, никаких расспросов или дурацких приветствий не было. Тишина сопровождала их всю дорогу от приземлившегося на парковочной площадке «Пионера» до дверей исполнительного директора.
Не задавала вопросов охрана, формально имевшая право пропустить в офис важных гостей, если они идут в сопровождении сотрудника корпорации. Хранил молчание раздавшийся в стороны от лифтовой площадки народ. Набрали в рот воды и случайные попутчики в панорамном лифте. И только Элечка храбро поднялась навстречу фантасмагорической процессии.