— Мне жаль, юная леди, но этого пункта в программе нет.
— Тьфу!
— Не могла бы ты, по крайней мере на сегодня, обойтись без жалоб и недовольных гримас?
— Будет смертельно скучно, а потом… Я не хочу ехать! — повторила она с большей убеждённостью.
— Не понимаю, к чему вся эта шумиха. Там будут Джонатан, Мэдди и твои друзья. Мы будем веселиться. Вот увидишь.
Шарли отбросила вилку на тарелку, откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди и нахохлившись. Наверное, я заблуждалась, надеясь, что со временем мне станет легче. Мне не нравилось видеть дочь такой угрюмой, и я до смерти скучала по её улыбкам. Я любила их все — от первой до последней, без различия, — от тех, что прятались за обожающим взглядом, до гордо выставленных напоказ голых дёсен. От первого прорезавшегося зуба до последнего выпавшего. Каждый смех дочери был чистой магией, а теперь я чувствовала, что всё испортила.
Снаружи раздалось несколько гудков, и я поблагодарила небо за полученный перерыв. Подъехал Майк, я узнала звук мотора его джипа. После почти недельного вождения невозможно не запомнить этот оглушительный рёв. К счастью, старик Джонсон закончил ремонт моего Ford Edge в кратчайшие сроки.
— Ну же, милая, дядя Майк подъехал! — воскликнула я, пытаясь увлечь Шарли тем, что ей, похоже, было совсем не по душе.
Я схватила наши вещи и толкнула дверь, на моих губах играла улыбка, а внутри всё извивалось, как змея. Майк вышел из машины весь на взводе, излучая ликование из всех пор и с широченной улыбкой. Он помог мне положить в багажник контейнер с лакомствами, которые помогла приготовить Марта, и даже открыл двери, чтобы мы сели в машину.
— Девочки, вы готовы провести незабываемый день?
Я кивнула, Шарли опустила глаза на свои эпатажные сникерсы розового цвета.
— Отчего такая недовольная физиономия, принцесса? Джонатан и Мэдди с нетерпением ждут тебя!
Дочка надулась ещё больше.
Прозвучавшее обещание не показалось ей ободряющим, но уверена, как только она доберётся до озера, сразу придёт в себя. Шарли повеселиться, я отвлекусь, всё будет идеально.
Жаль, что мои предположения звучали неправдоподобно даже для собственных ушей.
Собственность Уолкеров была и правда впечатляющей. Она простиралась на полосе земли в окружении леса и омывалась большим озером.
Пейзаж выглядел так потрясающе, что от сюрреалистичности оттенков захватывало дух. Изумрудная зелень озера была окрашена красным и оранжевым цветом листвы, а ветви на самых крутых участках погружались в воду, смешивая цвета, словно кончик кисти.
— Тебе нравится?
— Да, очень красиво.
Рука Майка обхватила мои плечи, и он прижался.
— Давно хотел привезти тебя сюда. — Он посмотрел на рябую гладь озера и вздохнул. — С момента нашего знакомства это место всегда заставляет меня думать о тебе…
— Правда?
— Мм… — Майк сделал шаг назад, словно хотел лучше меня рассмотреть, и ухватил медно-рыжую прядь, пропуская её между пальцами. — Твои волосы такого же цвета, как и листья, ты когда-нибудь замечала?
— Я… нет, если честно, никогда не обращала внимания.
— Ты не очень наблюдательна, даже не замечаешь, что находится перед тобой.
Я опустила взгляд, ощущая странное смятение в груди. Мне стало не по себе, из-за того, что разговор принял такой оборот. Это было абсурдно. Если подумать, Майк не сказал ничего не приличного, но именно чопорный тон, в котором он выразился, произвёл на меня странное впечатление.
— Что такое?
— Ничего, почему спрашиваешь?
— Ты оглядываешься вокруг, словно хочешь сбежать в любую минуту. Я сказал что-то не так?
— Нет. Конечно же, нет.
— Ты устала от прогулки? Хочешь, чтобы мы вернулись?
Я кивнула.
— Может, будет лучше. Нас уже давно нет, Шарли, наверное, интересуется, куда мы запропастились.
Я засунула руки в карманы толстовки, отступила на шаг и пожала плечами.
— Тебе не нужно о ней беспокоиться. Там сейчас заботятся три поколения женщин из семьи Уолкеров. Вот увидишь, она прекрасно проводит время!
Я сделала над собой усилие и кивнула, хотя мне далось трудно. Мне казалось, что дочка была совсем не рада проводить время с этими людьми. Она уступила их настояниям только потому, что (скажем прямо), Уолкеров было невозможно остановить. Но я видела выражение лица Шарли, когда они потащили её играть в дурацкую игру в саду, и это определённо не была искренняя радость.
— Ты хоть представляешь, где мы находимся? — спросила я, оглядываясь по сторонам. Майк сделал то же самое и нахмурился.
— Теперь, когда ты об этом напомнила, я не так уверен. Но не бойся, — успокоил он, — дорогу домой я как-нибудь найду. — Уголки его рта скривились в улыбке, в противоположность моим. — Я шучу, Джо. Я точно знаю, где мы. Эта собственность принадлежит моей семье уже несколько десятилетий. Неужели думаешь, что я не ориентируюсь? — Он взял меня за руку, приглашая следовать за ним. — Пойдём сюда!