Шейн громко фыркнул, его лоб нахмурился, а взгляд выглядел усталым. Он сунул кипу с листовками на заднее сиденье пикапа и встал рядом со мной, локоть к локтю.
— С меня хватит на это утро! — Он вытащил из кармана куртки пачку сигарет и закурил. — Мы бродим уже несколько часов, я бы сказал, что пора сделать перерыв.
Я устало поглядела на свои ноги: их начало покалывать, а мышцы проявляли явные признаки усталости.
— Думаю ты прав.
С небольшим прыжком я села на заднее сиденье пикапа, свесив ноги и зажав ладони под бёдрами. Шейн с весельем посмотрел на меня между клубом дыма и приподнятой бровью.
— Скажи правду, ты тоже больше не можешь!
— Нет.
Покачав головой, я подарила ему одну из своих лучших улыбок.
Было странно видеть его таким расслабленным, без завесы равнодушия или обычной мрачной тени, наброшенной на лицо. Мне нравилась эта его версия, менее суровая и простая.
С того поцелуя на крыльце прошло чуть больше недели, и с тех пор наши отношения развивались стремительно. Можно сказать, что мы начали встречаться. Мы часто виделись как из-за небольшого расстояния между нашими домами, так и из-за того, что моя дочь была без ума от него и никогда не упускала возможности привести Шейна в наш дом. За несколько дней, почти не осознавая этого, мы превратились во что-то очень похожее на пару и достаточно близкое к семье.
— Итак, — спросил он, поднося сигарету ко рту, — что стоит следующим в твоём сумасшедшем расписании?
Я огляделась. Мы стояли на тротуаре, а на другой стороне улицы изящным курсивом была вывеска «У Харрисона». Заведение выглядело как милое местечко.
— Как насчёт чего-нибудь поесть?
Шейн проследил за моим взглядом, ещё раз затянулся сигаретой и кивнул.
— Звучит неплохо. — Он наклонил голову и размял руками шею. — В любом случае я бы не смог сделать больше ни шага.
— Ты определённо не такой неутомимый, как я думала! — Поддразнила я его. Шейн облизнул губы, скрывая появившуюся улыбку.
— Будь осторожнее, О'Рейли…
— И почему же? Это правда!
— Потому что я могу изменить твоё мнение.
Он наклонился ко мне, обхватил моё лицо и поцеловал. Он сделал это прямо здесь, на заднем сидении пикапа, почти посреди дороги, как это делают влюблённые или дети.
Когда Шейн отстранился от меня, я продолжала смотреть на него, находясь между оцепенением тех, кто больше никогда не хочет вставать, и блаженством тех, кто находит в своих руках то, что всегда хотел.
— Разве ты не собиралась пойти в тот ресторан?
Я неубедительно вздохнула. Меня охватил вихрь бабочек, и в этот момент мне было наплевать даже на еду: продолжать ощущать вкус его губ было намного лучше.
— Итак? — Шейн подстрекал меня забавляясь. — Чего же ты ждёшь?
Собрав последние остатки сил, я спрыгнула, последовав за ним через дорогу.
Как и предполагала, «У Харрисона» было действительно красивое место. Большие балки из тёмного кедра украшали потолок, а стены были покрыты более светлым материалом — дубом, если судить по цвету. Между тёплыми деревянными стенами раздавался тихий гул, звон посуды, неспешно произносимые фразы, а в камине изредка потрескивал небольшой огонь.
Официантка усадила нас за уединённый столик, зажатый между большим окном, выходящим на улицу, и большим камином. Отсюда открывался хороший вид и на зал, можно было наблюдать за всем: кто вошёл, кто вышел и даже за теми, кто гулял по улице.
— Что закажем? — спросил Шейн, искренне заинтересовавшись меню, которое держал в руках.
— Я не знаю. Что думаешь ты?
— Те господа заказали блюдо дня. Понятия не имею, что это, но выглядит весьма привлекательно.
Я взглянула на третий стол слева, исследуя поданную там еду. И правда, выглядело аппетитно.
— Выглядит неплохо, — заметила я.
— Тогда закажем?
Я согласно кивнула, Шейн подозвал официантку, которая подошла почти сразу. Он вернул ей меню и сделал наш заказ. Девушка записала в белый блокнот и ускользнула, оставив нас одних. Было странно сидеть в таком интимном ресторане в компании Шейна. Со стороны мы выглядели как пара, с тем же успехом нас могли бы принять за мужа и жену, вот только ни один из нас не носил кольцо.
— Так что насчёт фестиваля? Как идут приготовления?
— Хорошо. Марджери Бенкс готовит платформы, Марта заботится обо всём, что связано с едой, а Гленда очень хорошо общается с прессой.
— Гленда? Ты имеешь в виду Гленду Уолкер? Сестра Майка?
— Именно она.
На лице Шейна появилось странное выражение, и это меня очень заинтриговало.
— Почему ты сделал такое лицо?