— Бояться? Ты шутишь? Я ничего не боюсь, скажи ей это, Шейн!
Выражение лица Шарли стало хмурым и ужасно смешным. Мне захотелось рассмеяться, но, несмотря на это, я притворился серьёзным, как всегда.
— Шарли, все знают, что ты ничего не боишься.
— Понятно, тётя? Что я тебе говорила? — одним быстрым движением Шарли устроилась на стуле напротив меня и удовлетворённо улыбнулась. — Шейн, ты прокатишься со мной на американских горках, правда?
— Наверное, я уже слишком стар для таких вещей.
— Это неправда, мама говорит, что для веселья нельзя быть слишком старым.
— Мама права, — добавила Марта, подмигнув мне.
— И что? Ты пойдёшь? Скажи «да»! Скажи «да»!
Я испустил долгий вздох.
— Хорошо, я пойду.
— Ура!
Шарли почти вскочила на ноги. Её порывистость была своего рода бедствием для окружающих, но, вероятно, она была не единственная, кто добивался такого эффекта.
— Итак? К чему вся эта эйфория? Что вы трое замышляете, а? — спросила Джоанна, приближаясь к столику.
С идеальной укладкой и макияжем она выглядела по-другому. В конце концов, день был важный — открытие фестиваля.
— Как прекрасно мы выглядим сегодня утром! — воскликнула Марта в восхищении.
— О… Ну… спасибо…
Джоанна опустила глаза, её щёки покраснели от лёгкого румянца. То, что я увидел, было чистым смущением. После всех этих месяцев целенаправленного или случайного наблюдения за ней я научился расшифровывать каждое её выражение, каждую гримасу, каждую улыбку. Её лицо словно плавильный котёл, сквозь который просачивались разнообразные эмоции, которые Джоанна не умела маскировать: гнев, страх, беспокойство, радость, — всё это отражалось у неё в глазах, таких зелёных, что они почти внушали благоговение.
— Доброе утро, — поприветствовал намеренно тихим голосом.
— Доброе утро, — ответила она, облизывая губы.
Марта внимательно наблюдала за нами, с широкой улыбкой и выражением лица человека, который всё знает, но чей рот закрыт на замок. Несколько мгновений мы продолжали смотреть друг на друга, и её улыбка становилась всё шире и ярче.
— Ну же? Что ты там застыла?! Давай, садись! — призывая, Марта похлопала Джоанну по спине. — Пойду принесу тебе завтрак, иначе кое-кто сегодня утром опоздает!
Джоанна кивнула и села рядом со мной. Все взоры присутствующих устремились на нас. С тех пор как нас увидели вместе в школе, люди только и делали, что болтали. Мы стали темой с первой полосы. Джоанна чувствовала, что за ней наблюдают (я понял это по её осторожным движениям и опущенному взгляду), однако она не переставала поглядывать на меня искоса, словно ничего не могла с собой поделать.
— Всё хорошо? — пробормотал я, пожимая ей руку на столе.
— Да.
Её, полные смысла глаза приковали мой взгляд. То, что происходило между нами (чем бы это ни было), мы больше не могли скрывать.
После завтрака Джоанна поспешила встать, — нужно было отвезти Шарли в школу, а затем бежать в библиотеку для последних приготовлений. Я смотрел, как они надевают куртки, и удивлялся, насколько знакомыми стали эти маленькие жесты. Моя маленькая рыжеволосая пикси обняла меня и ускользнула на кухню Марты Коулман.
Джоанна обматывала шею шарфом.
— Увидимся позже?
— Да, конечно.
— Хорошо, тогда я пойду. — она улыбнулась и направилась к двери, но резко остановилась. — Ах, чуть не забыла! Можешь сказать Марте, чтобы она забрала Шарли из школы? Не думаю, что я успею.
— Не волнуйся, я заберу.
— Серьёзно?
— Конечно. Я её встречу, и мы присоединимся к тебе до начала празднества.
— Хорошо, тогда, — она улыбнулась, — увидимся позже.
— До скорого.
Я видел, как Джоанна на мгновение замешкалась, а затем побежала к двери, где её уже ждала Шарли. Я не сводил с них глаз, ни когда они выходили, ни когда пересекали парковку в направлении Форд-Эйдж. Так странно после стольких лет снова беспокоиться о ком-то другом, но это было совершенно естественным следствием нашего сближения.
Прежде чем выйти, я подождал, пока они почти не подошли к машине. Но у меня даже не было времени встать и отодвинуть стул от стола, когда на парковку въехала полицейская машина и остановилась прямо рядом с ними. Майк вышел вовремя, чтобы перехватить их. Я видел, как он подошёл и наклонился к Шарли. Он спросил её о чём-то, и девочка заговорила с энтузиазмом. Ответ, видимо, прозвучал не такой, какой он ожидал, поскольку широкая улыбка, которую он демонстрировал, начала терять свою форму, приобретая более жестокие очертания. Джоанне было не по себе, я видел это по тому, как она играла с ключом. Она практически не отрывала взгляд от земли, и как только Майк выпрямился, она впустила Шарли в машину.