Весла вспенили воду, и два змея устремились в обход Злой Земли. Море радостно приветствовало самых великих хищников и охотников на своих просторах. Все дороги открыты сильным гребцам, а когда еще и ветер попутный!
Разумеется, змеи начали гонку друг с другом. Под парусами они так и не смогли определить сильнейшего – оба резали волну с одинаковой силой. Но вот, когда ветер стихал и морякам снова приходилось садиться на лавки да браться за вёсла, тогда змей Хрогерта уверенно вырывался вперед! За полтысячи взмахов он уходил почти на корпус вперед.
Дорога оказалась не гладкой. Почти у самого поворота на север, когда они проходили узким проливом между Злой Землей и маленьким лесистым островком, оба змея умудрились сесть на мель. Пролив оказался на удивление мелким, скорее, его можно было назвать сквозной лагуной. Пришлось вязать плоты, разгружать змеев, чтобы уменьшить осадку, канатами стаскивать их на большую воду, снова загружать – провозились дольше времени, чем потратили на весь предыдущий путь. Затем черепашьим шагом, гуськом, тщательно промеряя лотом дно, выбирались из пролива, оставшегося непройденным.
Как водится, беда не приходит одна: пока возились на мелях – небо почернело и с востока налетел шторм. Не так чтобы страшный, но паруса срочно смотали и на веслах ушли от берега. О том, чтобы идти на север, не могло быть и речи. Хозяева навалились на рулевые весла, и всю ночь и большую часть утра оба змея встречали атаку шторма грудью. Почти не гребли, стараясь не потерять землю за кормой, но все равно порядочно ушли на восток в море. Когда ближе к полудню стихия окончательно сдалась, змеи развернулись и, раздув паруса, устремились обратно к земле и на север!
Эта сторона Злых Земель оказалась совершенно непохожей на западные и южные берега. Угасло буйство леса, больших деревьев было мало. Иногда над берегом нависали изъязвленные ветрами скалы, но в основном гор было на удивление мало. Берега были сухие, песчаные, а горизонт уходил далеко-далеко, где наконец-то синели какие-то горы. Меньше чем за день моряки достигли огромного залива, где им попались первые селения набеингов.
Предсказание Гуннольфра сбылось в полной мере: были их общины заметно богаче, а жили они весьма беззаботно. Наступило время славы! Змей еще не уперся грудью в дно, а бойцы Хрогерта и Гуннольфра уже втягивали весла и прыгали в воду. С дикими криками они неслись к берегу, а увидевшие чудовищных змеев дикари с воплями разбегались по округе. Но вот беда – здесь не было таких густых чащоб, и набеингам плохо удавалось скрыться от нападавших. Добыча и самые крепкие пленники сволакивались к берегу, где уже ставили алтари. В первом же селении удалось захватить вождя. Был он, конечно, стар и тщедушен даже по меркам набеингов. Но всё равно сердце вождя – желанный дар богам. Змей взирал на разорение дикарских селений и наполнялся радостью.
Затем они вышли из залива и двинулись дальше, встретив пару селений набеингов, но лишь в одном застали дикарей врасплох. А через два дня наткнулись на поселение совсем других людей. Вместо утлых шалашей в стороне от берега стояли крепкие хижины, на берегу валялись мелкие лодочки – но это были настоящие лодки с веслами! Сами местные жители тоже отличались от набеингов – были крупнее, коренастее, а еще они стригли волосы и украшали тела шрамами.
Но самое главное – они вышли на бой! Ни огромные змеи, ни закованные в железо бойцы не испугали их. Почти голые дикари с копьями и дубинками набросились на строй морских походников.
Их храбрость была достойна восхищения, но всё же это было жалкое зрелище. Атаки новых дикарей разбивались о стену щитов и были не более опасны, чем обстрел зернами маиса. Бойцы давно бы уже кинулись добивать зарвавшегося врага, но Хозяева Змеев следили и грозно требовали держать строй. Лишь, когда дикари совершенно обессилели да переломали о щиты половину копий, была дана команда: в атаку. Стальные мечи и копья несли смерть, и это была дань уважения храбрости врага. В тот день ни одно сердце не легло на алтарь, бойцы дали дикарям шанс уйти в иной мир с оружием в руках.
Вечером змей стал свидетелем еще одной беседы между двумя Хозяевами.
– Давай, Гуннольфр, прояви свою мудрость – скажи мне, что это были за люди?
– Не знаю, друг. Во время боя я прислушивался к их голосам – и не услышал ни одного знакомого слова ни на одном из известных мне языков. Никто из Хозяев, ходивших походами в Злую Землю, не рассказывал про иные народы. Все воевали лишь с набеингами, которых мы знаем давно. И даже Теодерат, возвратясь из путешествия, не описывал дикарей, стригущих волосы. Может быть, просто не описал, может, не встретил, проплыл мимо. А может быть, их тут и не было.