– Через полхоры я приду на тренировочное поле.
Мехено молча пошел к своим воинам, которых уже выцелил в толпе. Он был так спокоен и… равнодушен? Так спокоен и равнодушен, что Валетей просто не узнавал ангустиклавия.
«У меня есть еще полхоры, – задумался он. – Что делать?».
Почему-то именно этот отрезок времени ему захотелось заполнить самым важным…
И он не знал, чем.
Расстроенный, он стоял посреди площади, пока не заметил в тенечке деревянную лопатку. Взял ее. Подошел к треклятому столбу. И вонзил лопату в еще мягкую землю. На то, чтобы выкопать столб, вытащить его и откатить к ручью, ушло как раз полхоры. Люди вокруг вели себя странно: никто не вызывался помочь, но никто и не мешал. Все старательно не замечали чудачества Протита. Все держались спокойно и равнодушно.
«Сегодняшний день изменил нас всех, – усмехнулся про себя Валетей. – И это еще не вечер».
Кинув лопату на прежнее место, он пошел к башенникам.
Глава 18. Удар в спину
Имя: Валетей Протит. Место: остров Порто Рикто
Они шли по тропе – два десятка «людей из-за моря». Нефрим взял с собой почти всех башенников – 14 человек. Только двоих он оставил защищать поселение, наказав также прочим мужчинам не уходить далеко от домов и держать при себе оружие. Парочка портойев тут же решила примкнуть к отряду, как-то молча за Валетеем увязался его ара. Двоих членов своей семьи прислала Прецилья, дабы показать, что радеет об общем деле.
Дорога между селениями кори еще только намечалась и местами почти пропадала в лесных зарослях, но она была. Для Валетея тропа была символом сближения двух народов. И вот теперь они идут по ней, чтобы окончательно и бесповоротно разрубить тонкие ниточки дружбы. Если те еще оставались.
Нефрим построил отряд для боевого похода. Впереди в листве маячил разведчик – ответственная задача досталась мелкому Кентерканию. Основной отряд шел плотными рядами по трое. Но при этом, Валетею казалось, что вокруг него оформилась какая-то прослойка пустоты. Лишь Опенья был рядом. Но и он – где-то чуть сзади.
Протит до сих пор не знал: что же он будет говорить в деревне? И придется ли говорить?
Вскоре отряд достиг приметного лысоватого взгорка, с которого уже были видны хижины сибонеев. Кентерканий выбрался на гребень, залег в высокой траве и предостерегающе поднял руку.
– Стоять! – негромко скомандовал Нефрим и легким бегом направился к разведчику. – Что там!
– Вижу сибонеев, – громким шепотом ответил паренек. – Вроде всё спокойно. Только…
– Что? – спросил ангустиклавий снизу.
– Они вкапывают столб…
Валетея начала бить мелкая дрожь. Осталось несколько шагов – и всё. Сейчас ситуация сложная, но нормальная. Сейчас можно хотя бы делать вид, что идет обычная жизнь. А через несколько шагов всё необратимо изменится. Всё! И ничего нельзя будет поправить.
Как же не хотелось делать эти несколько шагов!
Нефрим вернулся и коротко скомандовал:
– Отдых!
– Отдых?
Валетей недоуменно уставился на Нефрима. Тот выдержал его взгляд, упрямо выпятив подбородок. Но глаза военачальника не удержались, стрельнули влево. Протит проследил этот взгляд и уперся в Тибурона. Тот словно не замечал молодого предводителя. Оружие его уже лежало на земле, мелковозрастный здоровяк скрестил руки на груди и хмуро оглядывал башенников. А за его плечами стояли его родичи-Луксусы, в глазах которых читалась готовность.
– Мы дальше не пойдем, – неживым голосом заявил Нефрим.
Валетей снова уставился на ангустиклавия. Тот выдержал взгляд, его глаза были холодны и пусты. Лишь желваки перекатывались под темной кожей. Юноша оглянулся на остальных башенников, но те старательно изучали окрестности или просто траву под ногами.
Протит криво усмехнулся.
«Надо же! – подумал он. – Какая шустрая женщина!».
– Отдых – дело нужное! – улыбнулся Валетей. – А я, пожалуй, пойду пройдусь.
– Дикарей может напугать такой большой отряд. Наверное, не стоит, – заговорил Тибурон.
– Не стоит! – остановил его Протит, скривившись, как от кислой еды. – Не надо уже всего этого. Я пойду один. А вы отдыхайте.
Перед Валетеем появился старый Опенья.
– Я пойду с тобой… господин, – склонил он голову.
Валетей замер. Только что весь мир отвернулся от него. По-своему, это даже легко – когда уже не ждешь ничего. А тут – старик. И снова в душе разгорается огонек, от которого и тепло, и больно. Кто в итоге знает, как лучше: с огнем в душе или без? Да, всего один старый ара. Это ничего не меняет в его ближайшем будущем. Но так много меняет внутри.