На каждой паузе старик делал судорожный вдох в свои жалкие легкие. Он морщился от боли, постоянно почесывался и, мягко говоря, заставлял себя ждать. Но все советники почтительно ждали окончания его речи. И – о чудо! – стало заметно, как менялись их лица.
– Папаникей должен быть нашим! – храбро выкрикнул какой-то мелкий северянин. И ему кивали!
Катагуа вглядывался в лица варваров и видел не меньше трети поддакивающих лиц. Конечно, нервно кусал губу молодой Принцип, недовольно хмурилась блондинка, испуганно потел толстяк Гуаней. Но остальные либо нейтрально молчали, либо согласно кивали – могуч Клавдион! Неужели заглотили наживку? Катагуа не очень верил в успех своего предприятия, готовился встретить неудовольствие в глазах своего владыки. А тут дело оборачивалось наградой!
– Досточтимый Катагуа! – у старшего Мехено, видимо, было чутье на те моменты, когда послом начинали овладевать грезы. – Совет портойев выслушал предложение Аюкотанче. Как видишь, решение непростое, нам нужно всё хорошенько обдумать.
– Но что я могу сказать моему владыке? – нахмурился Кайман.
– Если позволит ЙаЙа – владыка Океана и Багуа, – снова влез в разговор старческий скрежет. – То через две луны… к вам, в Гемиполь, прибудет наш посол. Это будет один из советников, полностью полномочный заключать соглашение. Он скажет о том, какие условия выдвигает Портойя, и будет готов обсудить ваши условия.
– А пока мы просим нас извинить! – снова взял слово старший Мехено. – На Совете мы обсуждаем много вопросов, и они носят внутренний характер. Уважаемый посол, ты и твои люди могут в полной мере вкусить гостеприимство Рефигии Ультимы. Отдыхайте! Гуляйте! Общайтесь! Завтра, если вы намерены возвращаться, мы снабдим вас продуктами и водой. А также дарами для владыки Аюкотанче. Но мы ни в коем случае не торопим вас – ты и твоя команда могут оставаться сколь угодно долго, – с вежливой улыбкой советник указал послу на дверь.
Глава 5. Заговорщики
Имя: Нефрим Мехено. Место: Остров Вададли
День казался бесконечно длинным, таким может быть только день, полный безделья. Ни тренировок, ни брожений по мангровым затхлым лесам, ни строительных работ – а именно из этого состояли его последние дни, месяцы и годы. Сегодня было не так. Солнце почти не двигалось в небе, сколько Нефрим не следил за ним. А потом оно вдруг резко увалилось на закат и почти коснулось животиком прохладных вод Багуа.
Вечер. Пора идти.
Хитрый Кайман сразу после Совета приказал ему «сходить в гости» к Сервию. До службы на юге молодой Мехено и помыслить не мог, что сможет вот так запросто попасть к Бессмертному. Тот уже тогда пережил практически всех и вызывал повсеместные трепет и уважение. Даже у глав семей, не говоря уже о каком-то парне, который даже одной женой не мог похвастаться. Но сегодня дверь роскошной усадьбы Клавдионов наверняка будет для него открыта. Не повод ли гордиться? Вроде бы да, но только на душе от чего-то тошно.
«Старый Клавдион – наша главная надежда! – нашептывал Кайман на ухо своему переводчику. – Иди к нему, расположи его, обещай ему, не скупясь! Лишь бы он был за войну с подлецами из Летапики. Как сегодня на Совете, даже еще больше! Чтобы не забыл об этом в своей старикашечьей голове… А когда нашу сторону примет старик, то за ним пойдут все… северяне».
Нефрим прекрасно понимал эту заминку в конце. С уст посла железных едва не сорвалось «дикари», но в последний момент тот сдержался. Это было самое неприятное открытие для молодого наемника – на Пусабане дикарями считали всех северян. Мехено, всю жизнь искренне полагал, что Первые люди – это люди высшие. Они явились на Прекрасные острова из-за Океана, из почти сказочного далека, и самой судьбой им предначертано править ара и прочими народами. Так вот, к его ужасу, жители Гемиполя не видели особого различия между Первыми и теми самыми ара.
Дикари.
Только языки разные и выглядят тоже неодинаково. К этому было трудно привыкнуть, тяжело подавить свою гордость, взрощенную с самых юных лет. Особенно, когда приходилось кланяться начальнику, выглядевшему совершенно, как ара. Говорившему, как ара. В этом Нефриму виделось настоящее испытание духа от Исуса Христа, о котором говорили священники. Но на что не пойдешь, если в конце за твою службу, за пролитую кровь тебе дадут настоящие железные нож и копье. На ночных привалах между схватками с племенами Теранова, портой любовно оглаживал выданное ему оружие, изготовление которого было недоступно никому на севере. И старательно гнал от себя мысль о том, что ферроты не ошибаются: верно, он и есть дикарь, которого покупают за пару железок.