На открытой площадке с обрывистым краем стояли пятеро. Валер и трое его родичей расположились полукругом, при этом Кандей периодически трубил в раковину. Перед ними на краю стоял Петениц. Ободранный кори с широкими от ужаса глазами оглядывался на преследователей, и, казалось, готов уже броситься вниз, так страшно ему было попасть в руки преследователей. Валер присел на корточки и пытливо разглядывал дикаря.
Валетей осторожно подошел к отцу.
– О, сын! – обрадовался старший Протит. – Наконец ты подошел. Кандей, хватит трубить. Этот сумасшедший ничего не понимает, поговори с ним на его языке.
– О чем, отец?
– Успокой его.
Валетей осторожно приблизился к Петеницу и, медленно подбирая слова малознакомого языка, спросил:
– Почему ты убежал, Петениц?
– Я хочу домой!
– Но ты ведь так не сможешь попасть домой: это остров, а твой дом далеко-далеко в Багуа.
– Вы держите нас в своих жутких самодельных пещерах. Мне страшно от мыслей, когда я думаю, зачем вы держите нас.
Валетей отвечал не сразу – отец требовал подробного перевода и иногда советовал, что отвечать.
– Мы держим вас в таких же хижинах, в каких живем сами. Ведь мы говорили тебе и твоим друзьям, что хотим вам помочь добраться домой. У нас есть хорошие лодки, лучше ваших. Но мы не знаем, куда вас везти. Мы обучаем вас языку, чтобы понять, куда вас отвезти.
– Я не верю тебе! – выкрикнул Петениц. – Я не знаю, чего вы хотите. У нас в горах живут люди, которые едят людей…
– Если бы мы хотели вас съесть, – улыбнулся юноша, – ты бы давно не мог ничего сказать. Но у нас есть курицы, которые гораздо вкуснее тебя. Мы ловим жирных манати* и разную морскую пищу. Мы печем лепешки – ты пробовал их – и совсем не хотим есть человечину.
Петениц обессиленно сел на корточки. Он был полон страха, его глаза неуверенно бегали от лица к лицу. Портойи были холодны и суровы, мало кого радовала эта утренняя пробежка по горам. И причина – вот она – жмется к обрыву и скулит. Какой-то жалкий дикарь, зачем вся эта суета вокруг него?
Валетей, наверное, был единственным, кто не притворялся. Не то, чтобы он заботился о дикаре, но ему всё это… нравилось. Кори внесли необычность в жизнь Протитов. И это радовало. Даже сегодняшняя беготня спозаранку!
– Вернись к нам – и мы вернем тебя и твоих друзей домой, – искренне повторил слова отца молодой Протит.
Петеница разрывали сомнения. Он незаметно – наверное, незаметно сам для себя – отходил от обрыва. Валетей протянул ему руку, дружески улыбнувшись. Возможно, это стало последней каплей. Дикарь подошел к юноше и покорно склонил голову. Валер, также искренне улыбаясь, приблизился к парочке и, не убрав с лица улыбки, с размаху врезал кори по лицу кулаком.
– Вяжите его, – бросил он родичам, даже не глядя, как скулит валяющийся на земле дикарь. Потом взял под руку Валетея и отвел в сторону:
– Слушай меня внимательно, сын. Сейчас ты возьмешь его и, не возвращаясь в Аквилонум, пойдешь на южный берег. Дойдешь до соляных озер и запрешь этого парня в одном из солехранилищ.
Валетей недоуменно посмотрел на отца.
– Он больше не должен увидеть своих соплеменников, – ответил на немой вопрос глава Протитов. – Но он должен оставаться запасным вариантом. Ты будешь каждый день кормить его, поить, изучать язык. А потом связывать и оставлять до следующего дня.
– Что за запасной вариант, отец? – удивился Валетей.
– Мы должны найти эту землю. И только кори могут помочь нам в этом. Но всякое может случиться. У нас могут возникнуть проблемы и с теми двумя… Или первая лодка… не вернется, – эти слова Валеру дались тяжело. – Поэтому нужен он – запасной вариант. Ты запрешь его в солехранилище. Будешь носить ему еду и питье, будешь разговаривать с ним. Сюсюкаться больше не надо – страх всё равно победил его, он не будет нам верить. Но разговаривай с ним – может, что узнаешь об их земле. И язык практикуй.
Петеница уже связали. Он перестал скулить и лишь обреченно смотрел поверх голов портойев. Валетей подошел к нему, намотал на кулак свободный конец веревки. Вздохнул и легко дернул за путы. Рядом тут же оказался Опенья:
– Молодой господин, разреши мне пойти с тобой. Так будет надежнее.
Глава 9. Не меньше Исуса
Имя: Благостный Морту. Место: Остров Вададли
Пахло жареной курицей. Благостный Морту повел носом. Кажется, аромат шел из дома Кентерканиев, но Рефигия Ультима – город обмана. Приятный запашок мог идти совсем от другой усадьбы, но никто ведь сам не признается! Никто не выйдет на порог, не махнет приветливо: «Благостный Морту, заходи к нам в гости, у нас как раз курочка жарится!». Нет, все скрывают это от него, хотя святая обязанность любого портойя предоставлять кров и корм священнику. Вот и приходится принюхиваться, продумывать, дабы не заявиться в гости к Кентерканиям, у которых на столе потом окажется сухая вяленая рыба. И придется давиться ею, а вкусную курочку будут уплетать Принципы, живущие, за бурьяном.