– Смотрите!
Старались все, но струйки дыма первым заметил ангустиклавий.
– Запоминайте, где горят костры! Старательно запоминайте! – велел он соратникам. А потом повел всех к общему лагерю. Уже смеркалось, когда отряд двинулся на север.
– Нам нельзя вернуться назад без крови, – тихо выговаривался Нефрим Валетею. – Местные должны убедиться, что мы полезные. Иначе – крах. Будем ходить, пока не найдем… Или пока эти все не разбегутся.
Ночью быстро двигаться не выходило, к тому же очень важно было не сбиться с направления. Но всё равно до утра отряд отмахал немало миль. Перед восходом ангустиклавий дал отряду полхоры на отдых. Отдышались, доели последние запасы и пошли.
Почти половину местных Нефрим разослал в разведку веером. «Будьте тише мыши, – напутствовал он их. – Обнаружьте врага, но сами обязательно останьтесь незамеченными».
К обеду стоянка была найдена.
– Там их человек пятнадцать. Ну, не больше двадцати, – пояснил самый удачливый разведчик.
Мехено пытал его долго: куда идти, сколько идти, какая дорога их ждет. Требовал описать стоянку, подходы к ней. Разведчику лагерь казался обжитым, и все дружно решили, что это другая община ханабеев, которая на этом месте живет довольно давно.
– Пойдем вечером. Сейчас большая их часть в лесу, добывает пищу. А вечером мы их всех возьмем, – сказал Нефрим охотникам. – Сейчас всем сидеть тише травы! На этот раз нас не должны заметить.
В сумерках никем не замеченные охотники вышли к стоянке, Нефрим знаками указал сибонеям пробраться к северной стороне скопища шалашей. Портойи же плотной группой атаковали с юга. Горцев было около трех десятков, взрослых мужчин – меньше десяти. Валетей смотрел на перепуганных низкорослых людишек с распухшими животами и понимал: боя не будет. Ханабеи старались не драться, а бежать. Только загнанные в угол горцы пытались сражаться. После нескольких ударов копьями башенники отложили их и взялись за прикрепленные к поясам дубинки. Портойи догоняли дикарей, били их в ноги, в голову и быстро связывали упавших по рукам и ногам за спиной.
Сибонеи же пленных брать не хотели. Они тоже ворвались на стоянку, и их легкие копьеца сеяли смерть. Когда все горцы были убиты или разбежались, кори даже стали набрасываться на связанных пленных, так что портойям пришлось своими щитами прикрывать добычу. Охотники были настолько полны ярости, что едва не напали на своих союзников.
Удивительно, но сибонеи с одинаковой яростью нападали на мужчин, женщин и стариков, однако совершенно не трогали детей. Те разбежались по кустам, правда, далеко не уходили. «Куда им идти в этом лесу?» – грустно подумал Валетей.
– А что ж вы детей не убиваете? – спросил он у сибонея, оказавшегося рядом.
– Разве дети смогут убить и съесть кори! – рассмеялся тот.
– Но они ведь могут вырасти и потом убить кори.
Сибоней задумался, но потом махнул рукой.
– Пусть ему сначала Земля позволит вырасти, – и пошел дальше.
Валетей пошептался с Нефримом, тот быстро собрал башенников и указал им на лес. Портойи побросали щиты и устремились в темноту вечерней чащи. Раздались крики, визги и скоро каждый из них вернулся с одним или даже двумя детьми.
Когда бойня окончательно стихла, победители стали исследовать добычу. У портойев было семеро связанных детей и пятеро взрослых: один мужчина и четыре женщины. Все смотрели исподлобья, кроме одной старухи. Старая бабка с висящими титьками, толстым животом и тощими ногами мелко дрожала, а по лицу ее текли слезы.
– Зачем нам старуха? – вслух подумал Мехено. – Отдайте ее сибонеям.
Он подошел к дикарке и начал ее развязывать. Почувствовав чужие руки, та заскулила, принялась тыкаться в траву. Даже когда ее развязали, она не желала вставать и только повторяла одну и ту же тарабарскую фразу да трясла головой. Нефрим схватил бабку за грязные волосы, поднял и подтолкнул к сибонеям. Те, поняв, что происходит, кровожадно заулыбались.
Старуха замерла. Она испуганно повернулась к Нефриму, пыталась что-то сказать, но подбородок ее лишь слабо трясся. Ангустиклавий вновь толкнул ее к скалящейся смерти. Бабка завыла тихонько, закрыла ладонями лицо и сделала шаг вперед.
Потом еще.
Валетей отвернулся. Внезапно весь этот замечательный военный поход стал ему противен.
Глава 21. Нападение железной змеи