— А вас никто не просит увеличить емкость диска в шесть раз к ноябрю, и, скорее всего, хоть как-то задерживать работы по увеличению линейной плотности тоже не нужно. Как я понимаю, вам потребуется просто создать еще одно подразделение в вашем КБ…
— А кто нам на это фонды выделит?
— Мы выделим, — тут же отозвался товарищ Абакумов, — вы только скажите, сколько вам всего потребуется. Зарплат, штатных единиц, аппаратуры какой-то… Вам товарищ Сергеев это все и обеспечит, он, кстати, теперь у вас в первом отделе работает.
— И давно? — удивился Марк Валерианович. — Я его что-то не встречал на заводе.
— Уже час как, с того момента, как мы в этот кабинет зашли. Алексей, у вас еще какие-то предложения…
— Пока нет, я же сказал: голова другим занята. Но если что-то новое придумается, то я сразу с Марком Валериановичем все и обсужу напрямую.
— Договорились, тогда мы вас больше сейчас не задерживаем, вы же вроде обедать собрались. Спасибо за консультацию!
Ну да, собрался обедать. Алексей с грустью осмотрел пустые прилавки столовой и, немного подумав, решил две следующих пары пропустить. А когда он пришел домой, то увидел, как донелья радостная Сона крутится вокруг хлопающего глазами и радостно смеющегося Пашки: похоже, сын приступил к переключению на нормальный режим дня…
Глава 16
Павел Алексеевич переключился на «нормальный» режим настолько резко, что несколько дней Сона была просто в панике: что случилось с ребенком? Но ее довольно быстро успокоили сначала Лена, а затем и приведенная Леной участковая из детской поликлиники (а Алексею Лена шепнула, что и «детская врачиха с ней в одном подразделении служит»). И меньше чем за неделю у счастливого отца тоже «режим пришел в норму», по крайней мере он теперь обходился без «волчьего сна» и по выходным не спал целыми днями, а занимался вполне обычными домашними делами. Ну а по рабочим — учился и работал, и работать приходилось довольно много: у себя в институте он читал лекции по программированию и вел «лабораторные работы», то есть с сокурсниками (и, чаще, с другими преподавателями) прорабатывал теоретические знания с использованием «практической» вычислительной машины. Но большая часть его «преподавательской» работы состояла в обсуждении различных чисто технических вопросов преподавания совершенно новой дисциплины.
И одно такое «обсуждение» состоялось в самом начале ноября, когда в кабинете директора собралось несколько человек, решающих, где взять очередные «дефицитные ресурсы» для обучения студентов, а конкретно — обсуждающих, нужно ли для институтской типографии приобретать машину, превращающую рулонную бумагу в фальцованную и с перфорацией для использования в новеньких принтерах. Эти «буквопечатающие аппараты» сами были изготовлены в институте и от используемых в «больших» ЭВМ (где данные печатались на широкой бумаге принтерами, вообще-то разработанными в институте Лебедева для БЭСМ) отличались тем, что бумагу они использовали узкую, на строке помешалось не больше восьмидесяти символов, и пока такая бумага изготавливалась в единственной типографии, причем в типографии Гознака: там на бумаге сразу печатались и заполняемые «машинным способом» бланки отдела кадров и зарплатные ведомости. Но тратить такие бланки для обучения студентов было явно неправильно, а гознаковцы делать бумагу без напечатанных бланков просто отказались.
Понятно, что на совещании присутствовал и Алексей — и он обратил внимание на висящий на стене кабинета интересный рисунок. Обратил, потому что там был нарисован «будущий МИФИ», а на вопрос, «откуда художество», секретарша ректора сказала, что «вчера принесли проект нового здания института для внесения замечаний».
А так как нарисован был «вид сверху», да еще в довольно интересной перспективе, кое-что Алексея смутило и он обратился уже лично к директору с простым вопросом:
— Клавдия Васильевна а это что тут нарисовано? Просто чтобы пейзаж заполнить или…
— Или. Тут предполагается и жилые дома для сотрудников института выстроить, и общежития… только общежития здесь не изображены, они чуть дальше должны будут строиться.
— А проект этого жилого района где-то есть?
— Да, конечно. Но так как он учебных корпусов не касается, я его просто на обсуждение вывешивать не стала.
— А посмотреть его можно?
— Конечно, сейчас, минуточку… у меня рисунок в шкафу… да, вот он, смотрите.
— Спасибо, я надеюсь, что это убожество тут строить не будут…
Восьмого ноября совещание по строительству нового здания МИФИ состоялось уже в министерстве, и там Клавдия Васильевна Шалимова собравшимся сообщила: