Кассандра легко, будто и не гнала чужаков неведомая сила прочь от саркофага, положила медальон с четырехконечной звездой на темную плиту. Она понятия не имела, как положено поступать в таких случаях, и сделала самое простое, что пришло в голову. Сначала ничего не произошло, а потом в воздухе медленно проступила золотистая полусфера над могилой. Ясный, чистый свет озарил сумрак кладбища, и Кассандра почувствовала, как среди могил запахло виноградом. Сладким виноградом, вином, морем, землей, нагретой под жарким солнцем ее безнадежно далекой родины, почему-то напоминающими о том, кто две с половиной сотни лет назад создал маленький надежный щит, укрывший его тайну. Тягу к неведомому, неутоленную, иссушающую жажду. Желания и стремления, ставшие алой пылью. Это походило на завораживающий, мучительный сон, и та, что принесла из небытия имя и кровь мертвого повелителя, медленно коснулась кончиками пальцев золотого купола над его фальшивой могилой. Кассандра почувствовала что-то вроде легкого удара током, и полусфера лопнула, взорвалась облаком золотистого тумана, растаявшего прежде, чем осесть на землю. Снова стало тихо и темно.
Райн Экхарт шумно вздохнул во всеобщем молчании, и женщина мотнула головой, приходя в себя. Морис уже стоял рядом, готовый помочь, но помощь не потребовалась. То есть потребовалась, но совсем не та, о которой он думал. Леди Экхарт решительно обошла могилу и скомандовала:
— Давай сдвинем плиту!
— Тяжелая, зараза! — пропыхтел Морис, упираясь в толстый каменный блок.
Кассандра обернулась на Райна и рявкнула:
— Слушай, Экхарт-младший, будешь смотреть или поможешь? И определяйся быстрее!
Парень бросился к могиле, тоже налегая на плиту.
Под совместными усилиями камень подался в сторону, а потом шумно свалился с саркофага. Грохоту вышло достаточно, чтобы заинтересовать всю бодрствующую часть стражи, но теперь, когда рядом Райн, вряд ли кто-то в замке посмеет им помешать. А почему хозяйский сынок по ночам роется в семейных могилах, пусть придумывает объяснения сам.
Могила оказалась неглубокой, не намного ниже поверхности земли. И в ней, как положено, стоял гроб. Вернее, длинный ящик, но гости не знали, как здесь делают гробы — может, именно так. Уточнять никто не стал.
— А вдруг там все-таки тело короля? — страшным шепотом спросил Райн.
— Тело короля сожгли в крематории при Главном бюро криминалистических экспертиз, это далеко отсюда. А если там кто-то и лежит, то давно уже не пахнет, не бойся! — буркнула Кассандра, выискивая, как бы подцепить ящик. Сбоку нашлись ручки, но тащить было неудобно. Пришлось сообща свеситься через края саркофага, чтобы ухватиться получше, и если бы гроб оказался тяжелым, то так просто поднять его бы не удалось. К счастью, весил он не больше досок, из которых сколочен.
Изловчившись, гробокопатели сообща извлекли находку на свет и поставили поперек могилы, Морис коротким широким ножом сорвал проржавевшие петли и сдвинул крышку. Райн затаил дыхание, но совершенно напрасно — ящик и в самом деле оказался пустым. Впрочем, не совсем. Среди остатков темного, почти истлевшего бархата обивки лежала небольшая коробка. Когда-то она была обтянута кожей с золотым тиснением, но теперь от кожи остались одни ошметки со следами позолоты. Морис все тем же ножом подцепил почти отвалившуюся крышку и облегченно вздохнул. Внутри тускло поблескивал знакомый по рисункам из Амилара (и по картине на лестнице замка), украшенный орнаментами серебряный стержень, похожий на небольшой, раза в полтора длиннее ладони, скипетр. Стало быть, Ключ большого портала нашелся. Проверить, на что он способен, не представлялось возможным — после того, как рухнул щит над могилой, медальон с четырехконечной звездой больше не подавал признаков силы. Да и испытывают магию Ключа, скорее всего, какими-то другими способами.
А Райна тем временем одолевало любопытство:
— Что это за вещь? Отец знает о ней?
— Мы берем ее себе, — предупредила Кассандра, пряча добычу во внутренний карман куртки, — Кстати, спасибо за помощь!
Она хлопнула Экхарта-младшего по плечу. Теперь оставалось надеяться, что мальчишка не поднимет шум под занавес операции, иначе уходить придется по трупам. Они-то с Морисом уйдут, а вот парня жалко. Не такой он плохой, к тому же, как известно, ничто так не сближает людей, как совместное раскапывание могил.
Как ни удивительно, Райн шуметь не стал. Он зачарованно смотрел на медальон, который незнакомка вертела в руках, и вдруг, не отводя взгляда, спросил: