— Так вот на что он меня променял, — задумчиво произнесла бывшая невеста короля, глядя на соперницу с таким брезгливым недоумением, что та не стерпела:
— Его хотя бы можно понять, а на что его променяла ты?
Дальенна почуяла оскорбление, но достойного ответа не нашла, поэтому просто изящно подхватила темно-синий бархатный подол, наклонилась и хлопнула нахалку по щеке. Адельгейда не удержалась от нервного смешка. Неужели каждый в этом семействе решил отметиться у нее на лице? Тогда не помешало бы узнать, сколько еще родственников принцессы бродит неподалеку. А шлепок леди Экхарт по сравнению с оплеухами ее брата за удар можно и не считать.
— Миледи, поторопитесь, его высочество будет недоволен, если узнает, — поспешно напомнила пожилая дама, и тут стало ясно, что посетительниц сюда привело не только любопытство.
— Подержи ей вторую руку! — скомандовала принцесса, с удовлетворением услышав, как соперница вскрикнула от боли — элегантная туфелька придавила к полу и без того израненное запястье, наступив чуть повыше железного браслета, а ее хозяйка присела рядом и начала торопливо стаскивать с пальца мерзкой выскочки кольцо. У выскочки хватило наглости спросить:
— Что ты делаешь?!
Прозвучало глупо, но поверить, что Дальенна решилась на такую выходку, да еще и собственными, а не чужими руками, было попросту невозможно. Адельгейда вдруг страшно испугалась, и вовсе не за печать, которая попадет в руки заговорщиков, как раз это уже вряд ли имело значение, а за дурочку, которая так уверенно делала то, на что не отважились маги. Собственно, жизнь и здоровье этой особы ей были глубоко безразличны, но можно без труда угадать, на ком отыграются, если эти самые жизнь или здоровье пострадают. Она крепко сжала кулак, но леди Экхарт выхватила откуда-то узкий, остро отточенный ножик и пригрозила:
— Могу и палец отрезать!
И для убедительности надавила ногой посильнее.
— Не бери его, — пленница попыталась воззвать к осторожности, — разве ты не знаешь о защитной магии?
— Знаю, что вы с королем морочите всем головы!
Принцесса с довольным видом надела добытое кольцо на палец и смерила взглядом соперницу, любуясь, как та замерла в ожидании ужасного эффекта. И произошло действительно нечто крайне скверное — дверь распахнулась, в камеру заглянул Ресс. Брат принцессы успел облачиться в кольчугу, увешаться оружием, и теперь очень спешил. Увидев собравшихся, он рявкнул:
— Уходим быстрее! Что тебе здесь понадобилось?!
— Кольцо этой дряни теперь ни к чему!
Последнее, что успела увидеть Адельгейда — как у принца отвисает челюсть, а потом тишину подземелья прорезал истошный женский визг. Дальенна вдруг изогнулась и, как подкошенная, рухнула на пол. Ее отчаянные крики перешли в какой-то совсем непостижимый вой. Дама, которая пришла с ней, шарахнулась от бьющегося в конвульсиях тела и выбежала в коридор. Ресс, напротив, бросился к сестре, но когда прикоснулся, досталось и ему — вспыхнуло что-то вроде молнии, и он отлетел в сторону.
Крики оборвались внезапно, теперь оглушительной показалась тишина. Принцесса без движения лежала на полу, ее вытаращенные глаза даже после смерти сохранили выражение нечеловеческого ужаса. Кольцо элегантно поблескивало на сведенной судорогой руке. Похоже, злосчастная жертва собственной неосторожности пыталась в последний момент снять его, но не успела.
Негромкий звук, похожий на рычание, заставил ошеломленную Адельгейду отвлечься от созерцания от трупа. Встретив ненавидящий взгляд Ресса, она отодвинулась и вжалась в стену.
— Я ее предупреждала! — воскликнула она, видя, как брат склонился над телом сестры, а потом обернулся к пленнице.
— Дрянь! — прошипел он, поднимаясь на ноги.
Бежать было некуда, и она лишь успела закрыть руками лицо за мгновение до того, как все исчезло, взорвавшись невыносимой болью. Окованный железом сапог с размаху угодил ей в живот, заставив согнуться пополам и поперхнуться собственным криком. Яростные пинки сыпались со всех сторон, а потом раздался омерзительный треск, и она поняла, что от боли не может даже вдохнуть. Все поплыло перед глазами. Она не слышала топота многочисленных ног, не заметила, как вокруг оказались люди, лишь где-то на краю ускользающего сознания услышала свист вылетающего из ножен клинка и поняла — это всё. А потом что-то звякнуло об пол и прогремел незнакомый голос:
— Оставь ее, идиот!
Только один человек мог так говорить с братом ее высочества.
— Из-за нее погибла Дальенна!!! — не унимался Ресс, но ярость его отца оказалась куда сильней.