Но леди Экхарт не оценила великодушия или не подала виду, задав самый банальный, самый пошлый вопрос из бесконечного множества возможных:
— Кто сдал Переход Секретной службе?
Ну и манера у нее спрашивать, ну и взгляд! Каждый раз возникает чувство, будто за секунду промедления схлопочешь ботинком по ребрам, а то и чего похуже. Что ж, никто не совершенен.
— Не сдал, а обменял. У меня не было выхода, а возможности, сами понимаете, не безграничны.
— И на что обменяли?
— На вас.
Кассандра озадаченно подняла бровь.
— Похитить, вывезти тайком, конечно, несложно, — усмехнулся лорд Гаралан, — но ваше разъяренное тело, простите, мне безо всякой пользы. Ваше желание, свободная воля, не знающая принуждения — вот, чего не хватало моей магии! Боюсь, в вашем мире этого не поймут…
— Мой сын и муж сильно мешали, правда?
— Не смотрите на меня так, я их не трогал! Я вообще не люблю крайностей. Мой посредник попросил сделать так, чтобы вы захотели прийти сюда. Иначе вы бы не пришли, верно? Я попросил дать вам свободу, желание идти вперед, не торопясь домой к ужину! А уж способ выбрали ваши коллеги. Ваш способ, не мой. Неужели не узнаете?
— Ладно, пусть. С каждым может случиться, у нас даже поговорка такая есть — "предают только свои". Но думаете, это повод помогать вам? Чтобы в мой мир отправился какой-то говнюк вроде вас, швыряющий молнии? Там и так не скучно… Кстати, а на Большой мост зачем напали?
— Демонстрация, — бросил маг, — Кое-кто захотел взглянуть, что выйдет из такого столкновения. С техникой, кстати, ваши пожадничали, закинули рухлядь…
— Что, и наблюдателей прислали?
— Разумеется, два типа, раздувшихся от чувства собственного превосходства, и еще охрана. Но где они теперь, я знать не знаю.
— Ничего, отыщутся.
— Не поздновато ли будет? А пророчества не появляются просто так, не забывайте! — не сдавался лорд Гаралан.
— Кстати, пророчество о тени — фальшивка! — разочаровал Морис, — Айрина Делари написала его, чтобы и после смерти рассказать о подозрениях, кому надо.
Но мага такой оборот нисколько не смутил, он снова обратил на Кассандру весь дар убеждения, каким обладал и без магии:
— О, нет, не все так просто! В нашем мире слова поразительно много значат. Даже выдуманное пророчество может стать настоящим, особенно если его придумал маг, слишком сильно желающий быть услышанным. И освободиться от пророчества можно, только исполнив его! Кстати, — страж доверительно понизил голос, — а вам не сказали, как закрывают Переход? Благородные друзья не удосужились пролить свет на цену вашей самоотверженности? От этой магии часто умирают! Есть два способа, один — трудный и деликатный, как вышивка бисером. Потеряете одну бусину — и вся работа насмарку. Но такое вам больше не по зубам, слишком много Стражей вышло из игры, и никто их не заменит. Остается второй путь. Не скажу, что с ним справится и ребенок, но особого опыта не надо. Нужно только вплести в заклинания силу, отданную добровольно, свободным волеизъявлением. Желание, принцесса — это страшная вещь, поверьте. Только знаете, чем заканчиваются такие опыты? Спросите на досуге у Мориса, — лорд Гаралан усмехнулся, — жаль, что ваши друзья оказались не правдивей меня.
Собравшиеся будто затеяли состязание в хладнокровии. Кассандра тоже бровью не повела на льющиеся рекой откровения. Задумчиво погладив обложку какой-то книги, она вдруг сказала:
— Пожалуй, все. Да и вы правы, нет времени на долгие беседы. История и без того затянулась.
Маг посмотрел на нее, и маска непроницаемого спокойствия вдруг сползла с его лица. Что она собирается делать?
— Морис, — произнесла Кассандра, — ты сказал, что он мой?
— Да.
Лорд Гаралан обреченно дернулся, пытаясь вырваться из блокирующего заклятия, но не тут то было. Неприглядная истина открылась ему без прикрас и иллюзий, он успел прочитать в бесстрастных серо-зеленых глазах то, что никак не удавалось вовремя разглядеть его ученикам и посланникам. Он ждал удара, выворачивающей наизнанку боли, но случилось совсем другое. Кассандра с размаху влепила ему пощечину, унизительную, даже не слишком сильную, хотя могла и шею сломать с одного удара.
— Это за меня, — пояснила она и потянулась за пистолетом, — а это за остальных!..
Мягко щелкнул выстрел, и во лбу мага расцвела кровавая дыра, обдав алыми брызгами драгоценный ковер. Он рухнул на пол, но Кассандра не стала смотреть на его смерть. Отошла к окну, замерла, оцепенело глядя на тусклую осеннюю зелень.