— Ты спятил! — совсем не верноподданнически напустилась на него Адельгейда, — Я могла тебя покалечить!
Ты прекрасна, хотел сказать Роланд, но промолчал. Эта восхитительная ручка влепит ему пощечину, не дрогнув. Уж он-то мог отличить, когда дама ждет его внимания, а когда и малую вольность сочтет смертельным оскорблением. Она почти равна ему по рождению, она наследница гордого древнего рода, а не развеселая горничная, для которой шлепок по заднице от первого встречного дворянина — изысканный комплимент. Меньше всего ему хотелось обидеть ее, разрушить то осторожное доверие, которое между ними возникло.
А она отлично поняла, где витало его воображение, и нисколько не удивилась. Король молод, уже вполне здоров и… просто так привык. Сама виновата — неуемным интересом к личной жизни коронованных особ навела его величество на игривые мысли. Но это не страшно, скоро они снова окажутся в большом мире, где множество женщин с радостью ответит на призыв его неотразимых глаз, и тогда все изменится, она перестанет казаться ему единственным желанным существом в целом свете. Кстати, а почему не Веллита? Она хорошенькая, да и знакомы они дольше… Ох! Догадка была бесподобна — да он же уступил волшебницу Алексу! Не зря, наверное, короля в народе называют щедрым и великодушным. Только интересно узнать, что думает по этому поводу сама Веллита, да и брат тоже.
Адельгейда коварно усмехнулась. Какая утонченная интрижка, светлый повелитель! И это все, на что вы способны? Она не заметила, как сама нарушила важнейшую заповедь — не отвлекаться на посторонние мысли — и уже у нее из рук вылетел клинок. Роланд успешно опробовал очередной изощренный трюк, не поленившись сообщить:
— Вот так противник обезоружит тебя!
— Так — не обезоружит!
Они обменялись ослепительными улыбками, двусмысленными до неприличия, и снова взялись за оружие.
Время до ужина пролетело, как одна минута, особенно после тренировки. Адельгейда захватила в свое полное распоряжение комнату с дубовой бочкой и чуть не задремала, разомлев в теплой, почти горячей воде.
Судя по разговорам короля и брата, скоро предстоит отсюда уехать, так что неизвестно, когда в следующий раз доведется помыться с комфортом. Да и с тренировкой на сей раз вышел перебор. Она так и не сдалась, но самой себе можно признаться — поганец Роланд загонял ее до обморочной усталости. Может, она и согласилась бы остановить поединок и признать ничью, но ровно до тех пор, пока этот нахал не предложил закончить дело "полюбовно". А когда услышал отказ, заявил, что не примет капитуляцию, пока не увидит белый флаг, и даже между ударами ухитрялся советовать, какие именно предметы одежды можно вместо флага приспособить. Пока, наконец, не поскользнулся и не растянулся на траве (может, специально, кто его знает). "Так тебе и надо!" — сказала леди Эсперенс и гордо тряхнула головой, пользуясь случаем красиво выйти из игры. И надо же было через пару шагов так позорно споткнуться прямо на ровном месте! Но и на заплетающихся ногах она опередила взмокшего противника на пути в заветную комнату, где над очагом уже грелась вода — заботливая Веллита постаралась, снисходительно глянув с крыльца на упорную парочку. Собственно, Роланд не пытался обогнать даму, и неблагодарная решила, что король вполне может зачерпнуть холодной водички в колодце. Ему в самый раз, пусть остынет.
Выбравшись из воды и завернувшись в полотенце, Адельгейда разворошила стопку свежего белья на лавке (шиш тебе, а не белый флаг, остряк коронованный!) и принялась одеваться. Волосы сохли невыносимо долго, не вытерпев, она просто скрутила еще влажные пряди в тяжелый узел на затылке. Вообще-то даме появляться на людях с мокрой, кое-как уложенной прической неприлично, но король как-нибудь стерпит, а Алекс не в счет, он ее и не с такой головой видел.
Почему-то вспомнилось, как однажды, когда ей едва исполнилось одиннадцать, в жаркий летний день брат якобы случайно спихнул ее в речку с мостков, и ужасно веселился, помогая мокрой, облепленной зеленой тиной сестрице выбираться на сушу. Шматком водорослей по голове он схлопотал незамедлительно, но самая страшная месть свершилась на следующий день. Злопамятная сестра и ее подружка насобирали в ближайшем лесу увесистых сочных грибов-переростков, а потом дождались, как только брат уединится на сеновале с одной бойкой вдовушкой, и устроили ему инсценировку штурма крепости в лицах. Визгу получилось много — сначала вдовушкиного, а потом — Адельгейды, которая оставшиеся полдня просидела на самом высоком дереве в округе.