— Секретная служба, всем сидеть! — рявкнула женщина и взмахнула раскрытой ладонью. Люди оцепенели, как будто она применила заклинание мгновенной заморозки. Но Адельгейда знала, здесь нет магии — значит, так действовали слова, произнесенные женщиной.
Они вломились в небольшую комнату позади зала для посетителей, и мужчина, не теряя ни минуты, распахнул люк в полу. Там виднелась железная лестница, уходящая куда-то вниз. Женщина тоже отпустила пленницу и полезла в люк, а ее приятель настойчиво подтолкнул Адельгейду к отверстию в полу. Сопротивляться было бесполезно, тем более — сейчас, так что она послушно полезла следом, подумав о том, что похищение похищением, но она ни за что не позволит этому типу спускаться первым, пока на ней это платье.
Внизу ее снова схватили за руку — теперь уже только женщина, но хватка от этого слабее не стала. Они бежали по гулким лестницам и темным коридорам, спускаясь все глубже под землю. Похитители спешили, не давая Адельгейде ни минуты передышки, но в полумраке бегство замедлилось, и она стала потихоньку осматриваться по сторонам. Запомнить все повороты лабиринта, увешанного серебристыми трубами, было почти невозможно, девушка лишь заметила поразительное сходство этих катакомб с подземными коридорами Амилара, только здесь все намного больше и сложнее. Она едва успела подумать о том, что с виду не скажешь, какие огромные подземелья таит под собой сказочный город, как ей открылось зрелище, доказавшее, как далека она была от истины. Они спускались под землю — и вдруг оказались на крыше. Стена тоннеля обрывалась прямо за легкими перилами провалом, в котором разливался океан света. Почти под ногами сиял прозрачный купол огромного, ярко освещенного подземного зала размером с городскую площадь. Там, как на обычных улицах, кипела жизнь, ходили люди, шумели фонтаны, и при виде этого чуда Адельгейда ухватилась за ограду и попросила:
— Можно посмотреть?
От такой неслыханной наглости похитители опешили. Женщина повернулась, намереваясь сказать что-то не слишком приятное, и пленница, наконец, разглядев ее, забыла о чудесном подземелье — перед ней стояла Кассандра Экхарт собственной драгоценной персоной, совсем такая, как на картинке из Амилара. Увидев слишком явную радость на лице девчонки, наследница королевского рода и магической силы сделала правильный вывод:
— Не припомню, чтобы мы были знакомы, но ты явно меня знаешь.
Она говорила со странным акцентом, как и все здесь, но понять ее не составляло ни малейшего труда.
— Может быть, принцесса знает и меня? — поинтересовался мужчина, лет тридцати, высокий, с коротко подстриженными черными волосами.
Адельгейда кивнула:
— Вы Морис Лин. А я не принцесса.
Она говорила совершенно серьезно, но он почему-то фыркнул.
— Я должна с вами поговорить! — воскликнула уже почти не пленница, и с ней немедленно согласились:
— Еще как должна! — изрекла Кассандра.
Какой-то крошечный предмет оказался у леди Экхарт в руке, на повела им вдоль тела Адельгейды, впрочем, не прикасаясь. Похоже, это здешняя разновидность обыска. Немного удивившись, что на странной девчонке не нашлось ровным счетом ничего, кроме одежды, браслета и кулона на серебряной цепочке, Кассандра сказала:
— Ладно, пойдем, поговорим.
— А где те двое, что были со мной?
— Ты не знаешь? Если они и живы, думаю, их можно не принимать в расчет, — спокойно сообщил Морис.
Девушка почувствовала, как ей снова становится страшно. И еще страшнее оттого, что надо выбирать — или сразу сбежать отсюда, или все же попробовать поговорить с наследницей. Кажется, придется говорить. Если посредники не смогли приблизиться к Кассандре, другого случая может не представиться. Но, святые небеса, как она сможет в чем-то убедить эту женщину, как найдет, что ей сказать?
Похитители еще немного поплутали в темноте подземных галерей, Морис открыл тяжелую дверь, и они оказались в каменном подвале, гораздо больше похожем на обыкновенные подвалы домов. Еще несколько лестниц — и впереди показался ярко освещенный коридор со светлыми стенами. В коридоре им встретился человек, насторожившийся было при виде спешащей троицы, но, увидев, кто перед ним, поприветствовал и освободил дорогу.