Места в снятых для ночлега комнатах хватило всем, к тому же мужчины все равно решили дежурить по очереди. А дамы удалились в свою комнату. Усталость, накопившаяся за целый день нелегкой дороги, взяла верх, долгих разговоров перед сном не получилось. Ночь выдалась спокойной, если не считать побудку, устроенную Веллитой почти на час раньше положенного. Близился рассвет, когда волшебница вдруг проснулась и медленно села на кровати. Скрипнули доски, но этого звука хватило, чтобы Кассандра открыла глаза и вопросительно уставилась на соседку.
— Магия! — шепотом пояснила та.
— Нападение?
— Нет, кто-то налаживает телепатическую связь. Надо посмотреть!
На шорохи и тихий топот босых ног проснулась Адельгейда. Она едва не высказала все, что думает по поводу неурочной возни, но увидела слишком серьезные лица и тоже вскочила, потянулась за оружием.
— Дай, я посмотрю, — сказала Кассандра, отодвинув обеих девиц и выглядывая в коридор.
— Никого.
Веллита высунулась следом.
— Там! — прошептала она, указывая в конец коридора.
Там располагался нужник, "удобства", как его назвала леди Экхарт. Дом стоял на мосту, поэтому соответствующее заведение устроили весьма незамысловато — с прямым сбросом в реку. Именно за той заветной дверью, если верить Веллите, и находился маг.
— Это Наро, — быстро распознала она и сразу успокоилась.
— Он что, колдует в сортире? — опешила Кассандра, — Фу, извращенец!
— Почему сразу извращенец? — заступилась за коллегу волшебница, — Для некоторых заклинаний нужно уединение. Для дальней телепатии, например… Он же должен сообщать в… куда надо, как идут дела.
Дамы поспешно спрятались в комнату, заслышав, как хлопнула дверь "будки над водой", а в коридоре послышались шаги. Чуть слышно скрипнула дверь соседней комнаты. Наутро маг ничего не сказал, но всякий раз смущенно опускал глаза, замечая пристальный взгляд и хитрую усмешку Кассандры.
Следующий день путешествия выдался самым спокойным. Все в отряде, и те, кому странствовать по здешним дорогам доводилось прежде, и те, кто впервые попал в эти края, уже привыкли и друг к другу, и к ролям, которые приходилось играть. Да и публика попадалась все больше доверчивая, с наивным любопытством глазеющая на многолюдный эскорт благородной госпожи из далеких земель. Вряд ли сельской ребятне или владельцам придорожных трактиров приходило в голову заподозрить проезжающих во лжи. Адельгейда, с радостью пользуясь правами "фрейлины", всю дорогу держалась поближе к Кассандре, а то вовсе и позорно пряталась за нее, лишь бы не попасться на глаза Роланду. Слушать его объяснения или, еще хуже, оправдания, было выше ее сил.
Леди Экхарт оказалась приятной собеседницей и попутчицей. Она рассказывала истории о своем мире и внимательнейшим образом слушала все, что говорили ей о Диасте. Не позволяла касаться только одной темы — ее собственной жизни. Она как будто намекала — держитесь подальше от двери в мою душу, и никому не сделается больно.
За день путешественники безо всяких помех преодолели немалую часть пути к столице, даже больше, чем рассчитывали, но с ночлегом повезло не так, как накануне — они попросту не успели до заката добраться до какого-нибудь поселения. На привал пришлось остановиться в лесу, на берегу озера. Кассандра, никого особенно не стесняясь, отошла за ближайший куст и сбросила неудобное платье. Стесняться ей было нечего, по меркам своего мира она и без платья более чем одета — в штаны и бронежилет поверх тонкой сорочки. Леди Экхарт не принимала участия в решении насущных вопросов, касающихся ужина и охраны, зато с интересом наблюдала за магами, спорящими о том, какое защитное заклинание лучше. Костер Веллита разожгла попутно, щелчком пальцев, и как ни присматривалась желающие разгадать трюк, в надежде обнаружить в ее руках зажигалку, все равно ничего не увидели.
Ужинать закончили, когда еще не стемнело. Осмотрев ближайшие окрестности и заскучав от безделья у костра, Кассандра потянулась и с интересом поглядела на озеро, заманчиво блестевшее в свете закатного солнца. Она решительно дернула застежки своей брони и сказала Адельгейде: