Снилось мне детство. Дворик с детской площадкой и детишками соседскими. Меня частенько обижали, считали неполноценной так как из всех знакомых лишь у меня не было отца. Обида, горечь, непонимание. Всё перемешалось в детской головке и даже спустя столько лет я не могла понять почему у всех были папы, а у меня нет.
Хотя, возможно, именно это и закалило мой характер. Пацанкой я была с детства, чуть что лезла в драки и тут же получала нагоняй от мамы. Я была из породы тех самых кто был готов с кулаками отстаивать ценность своего маленького мирка, хотя со стороны все считали меня просто оторвой и хулиганкой. За что частенько приходилось краснеть моей родительнице.
Мама у меня была женщиной замечательной. Доброй. Такой которая ради своего ребёнка пойдет на любые жертвы. Свернёт горы и отдаст всю себя, но при этом в душе она всегда была слабой и хрупкой. Мама была всегда моим светом. Ведь у меня была лишь она, а у неё лишь я. Нам не на кого было положиться. Поэтому и защищать маму могла только я.
Когда была мелкой то мама на все мои расспросы про отца отвечала коротко, мол нет его и точка. А когда я сильно её доставала начинала рассказывать мне сказки, дабы перевести внимание непослушного ребёнка на другой лад. Странные истории, так как словно мама рассказывала не сказки, а делилась чем-то своим. Невероятные и очень увлекательные истории, так как в них были чудеса, магия, драконы и много чего ещё.
Став взрослой, я лишь раз спросила о том, кто был причастен к моему рождению. Мама грустно отвернулась от меня и тихо поведала о коротком романе с мужчиной что не стал для неё тем, кого она представляла в своих мечтах. Сказала, что мы ему не нужны, так как у него своя семья и всё хорошо. Да и знать о нём она не хочет, слишком больно на душе от обиды и невысказанных чувств. После чего больше эту тему мы не поднимали. Поэтому я понятия не имела жив мой отец или нет. И вот тебе, явился. Или это был вовсе не он? А какое-то потустороннее нечто.
Вот в таких мыслях я и спала, а может и не спала, но точно не могла открыть глаза. Странное чувство паники и ощущения того, что вокруг что-то происходит без моего участия охватило меня целиком, отчего даже вздохнуть было страшно. Так, спокойно, ты взрослая девушка. Ну да, страшно чувствовать под спиной нечто холодное, а не мягкую постельку, но это же не повод паниковать. Не повод! И то, что сковородка, которую я так сильно сжимала в руках пропала, тоже не повод впадать в панику.
- Мой лорд, это было опрометчиво, - раздался картавый голос, некоего мужчины, прямо над моим левым ухом: - Зачем вы привели дитя в наш мир и что будет если узнает Марта, как вы поступили? Думаете сможете загладить перед ней вину? Надеетесь она вернётся сюда в поисках дочери?
- Я лишь хочу вернуть то, что было отнято, то, что принадлежит мне и моё по праву, - отпарировал голос того самого вторженца, который буквально недавно покинул мою квартиру, а затем добавил, смеясь во всю силу: - Ты сам всё видел, она на мне живого места не оставила. Моя дочь! Думаешь такая пропадет тут? Да ей сама Милосердная будет на один удар.
- Не гневите богиню, - ответил собеседник.
В этот момент я почувствовала, как всё моё тело затрясло и начало кидать из стороны в сторону. Караул. Землетрясение? Что происходит? Включите свет или дайте мне хоть глаза открыть!
- Не бойся дитя Умара, я не причиню тебе зла! – откуда-то сверху словно ручейком зазвенел нежный женский голос, но тут же в нём появились нотки ярости: - Как ты посмел без ведома высших привести её в наш мир?
- Она моя дочь и её место тут! – не произнесли, а яростно зарычали где-то совсем рядом.
Ну всё, подъём, хватит спать и грезить, иначе тут без меня что-то происходит, а я словно и не участвую в сём действии хотя чувствую нутром что происходящее вокруг, реальное или нет, меня ой как касается. Резко распахнула глаза, на удивление сейчас у меня это получилось очень легко, и тут же захотела обратно их закрыть. Ведь даже доли секунды мне хватило чтобы рассмотреть всю ту нереальность что происходила кругом. Может я Алиса и это страна чудес?
Судя по всему, я находилась в каком-то строении с куполообразной крышей из темного, практически угольно черного материала. Сейчас часть крыши была расколота и в её проёме парила молодая девушка в тонком шелковом платье цвета нежных белых лепестков. Она была очень яркая, так как сзади этой богини, а то, что она и есть таковая сомнений даже не возникало, струился очень яркий свет. Единственное что выбивалось из всей этой красоты в прекрасном образе так это кроваво красные дорожки на её щеках, идущие от глаз и заканчивающихся на середине щёк. Словно богиня плакала кровавыми слезами.