Когда он повернулся к ним спиной, Ребус сделал несколько чечеточных па и подмигнул Шивон. Солдат скрылся в огромном автофургоне, у входа в который стоял на часах другой солдат.
— Мне кажется, мы уже не в Канзасе, — пошутил Ребус.
— А я, выходит, твой песик Тото?
— Давай глянем, что там, — предложил Ребус, направляясь к большому навесу, на который обратил внимание еще сверху.
Под навесом стояла шеренга лимузинов. Водители в ливреях курили, развлекая друг друга разными историями. И тут же повар в белом пиджаке, клетчатых брюках и поварском колпаке стряпал что-то похожее на омлет. Еда выкладывалась на фарфоровые тарелки; ножи и вилки отливали серебром. Накрытые столики ждали, когда кто-нибудь из водителей проголодается.
— Я слышала про это местечко, когда была здесь с руководством, — сказала Шивон. — Служащие попадают в отель через задние ворота и оставляют машины на другой площадке.
— Наверно, их всех разглядывали на просвет, — проговорил Ребус, — что и с нами сейчас проделывают. — Осмотревшись, он приветливо кивнул группе водителей. — Как омлет, парни, хорош?
Водители одобрительно замычали. Повар склонил голову в знак того, что ждет указаний.
— Мне один со смешанным гарниром, — попросил Ребус, поворачиваясь к Шивон.
— Мне тоже — сказала она.
Повар принялся накладывать на тарелку рубленую ветчину из пластикового контейнера, ломтики грибов и перца. Ожидая, пока он закончит, Ребус взял нож и вилку.
— Мы внесем некоторое оживление в вашу однообразную жизнь, — подмигнул он повару, тот улыбнулся. — Однако у вас тут все современные удовольствия, — продолжал Ребус. — Биотуалет, горячая еда, над головой крыша от дождя…
— В половине лимузинов установлены телевизоры, — добавил один из водителей. — А сигнал-то так себе, понимаешь.
— Тяжелая жизнь, — посочувствовал Ребус. — А солдатики в свои фургоны не пускают?
Водители дружно закачали головами.
— Там битком всякой техники, — сказал один. — Я как-то заглянул. Компьютеры и всякая прочая хренотень.
— Выходит, у них антенна на крыше не для того, чтобы смотреть «Улицу Коронации», — усмехнулся Ребус, поднимая палец.
Водители рассмеялись, и как раз в этот момент открылась дверь автофургона и появился тот самый солдат. Он, казалось, был в некотором замешательстве от того, что Ребус и Шивон оказались совсем не там, где он их оставил. Пока он шел к ним, Ребус взял из рук повара тарелку и набил полный рот омлетом. Когда солдат приблизился, Ребус принялся расхваливать еду.
— Не хочешь немножко отведать? — предложил Ребус, протягивая солдату свою вилку.
— Это тебе придется кой-чего отведать, и не немножко, — парировал солдат.
Ребус повернулся к Шивон.
— Один ноль в его пользу, — сказала она, принимая из рук повара свою тарелку.
— Сержант Кларк — арбитр высшей категории, — сообщил Ребус солдату. — Мы сейчас полопаем, а потом залезем в один из «мерсов» и посмотрим «Коломбо»…
— Я пока не могу вернуть вам документы, — объявил солдат. — Их проверяют.
— Похоже, мы здесь застрянем.
— А на каком канале «Коломбо»? — поинтересовался один из водителей. — Мне этот сериал нравится.
— Надо посмотреть в программе, — ответил его коллега.
Солдат закинул голову и впился взглядом в приближающийся вертолет, который с оглушительным стрекотом летел на малой высоте. Чтобы рассмотреть его получше, солдат выскочил из-под навеса.
— Это он чего, прикалывается так? — предположил Ребус, увидев, как солдат по всей форме отдает честь брюху вертолета.
— Да он каждый раз так делает! — крикнул ему в ухо ближайший водитель.
Кто-то спросил, уж не Буш ли прибыл? Все посмотрели на часы. Повар бросился закрывать крышками блюда, чтобы в них не попали мусор и пыль, поднятые с земли воздушным потоком.
— А ведь как раз его время, — сказал кто-то.
— Я уже привез Боки из Престуика, — добавил стоящий рядом шофер и объяснил, что так кличут президентскую собаку-нюхача.
Вертолет скрылся за деревьями и, судя по звуку, стал приземляться.
— А чем занимаются жены, — спросила Шивон, — пока мужья соревнуются в армрестлинге?
— Мы можем прокатить их по живописным местам…
— Или по магазинам.
— Или по музеям-галереям.
— И все их желания должны исполняться. Даже если придется перекрыть движение на улицах или удалить публику из магазина. Они еще приглашают всякую богему из Эдинбурга — писателей там, художников — для развлечения.