Но Ребус не собирался отступать. В лох-ломондский гольф-клуб вообще допускались лишь избранные, а в связи с проведением «Скоттиш Оупен» были приняты дополнительные меры безопасности. Стоявшие у главных ворот охранники тщательно проверили удостоверения Ребуса и Шивон и только потом позвонили на следующий пост, а тем временем днище автомобиля было осмотрено при помощи зеркала, укрепленного на длинном шесте.
— С четверга мы на особом положении, — объяснил один из охранников, возвращая удостоверения. — Мистера Стилфорта вы найдете в здании клуба.
— Спасибо, — поблагодарил Ребус. — А кстати, кто выигрывает?
— Пока счет равный: Тим Кларк и Маартен Лафебер минус пятнадцать. Сегодня у Тима минус шесть. У Монти тоже позиция неплохая — минус десять по сумме. Завтра решающий день.
Ребус еще раз поблагодарил охранника и отъехал от ворот.
— Ты поняла что-нибудь из его объяснений? — спросил он Шивон.
— Я знаю, что Монти — это Колин Монтгомери…
— Тогда ты разбираешься во всех тонкостях этой древней великосветской игры чуть лучше меня.
— А ты что, никогда не играл?
Ребус помотал головой:
— Эти джемперы пастельных тонов… никогда не мог представить себя в таком одеянии.
Выбравшись из машины, они сразу столкнулись с дюжиной зрителей, обсуждавших события прошедшего дня. Один был в розовом джемпере, другие в желтых, бледно-оранжевых, небесно-голубых.
— Вот про что я тебе и говорю, — буркнул Ребус.
Шивон кивнула.
У помпезного здания клуба стоял серебристый «мерс», на переднем сиденье которого дремал шофер. Ребус сразу его узнал — это был персональный водитель Стилфорта.
От дверей клуба к ним уже спешил низкорослый джентльмен в очках, с пышными ухоженными усами, преисполненный чувством собственного достоинства. У него на шее болталась целая гроздь всевозможных бэджиков, которые, ударяясь друг о друга, тихо постукивали. Он буркнул что-то вроде «старь», и Ребус расшифровал это как «секретарь». Костлявая рука тисками сжала и несколько раз встряхнула ладонь Ребуса. Шивон такой чести не удостоилась.
— Нам необходимо поговорить с мистером Дэвидом Стилфортом, — сообщил ему Ребус. — Полагаю, он не из тех, кто затеряется в гуще народа.
— Стилфорт? — Секретарь, сняв очки, провел стеклами по рукаву своего розового джемпера. — Он корпоративный член?
— Вот его водитель, — ответил Ребус, кивая в сторону серебристого «мерса».
— Возможно, он от компании «Пеннен Индастриз», — предположила Шивон.
Секретарь, водрузив очки на прежнее место и обращаясь к Ребусу, ответил:
— Да, у мистера Пеннена есть гостевая палатка. — Он посмотрел на часы. — Возможно, он сейчас там.
— Не возражаете, если мы туда заглянем?
Секретарь скривился и попросил их подождать, после чего исчез за дверью в клуб. Ребус вопросительно посмотрел на Шивон, словно спрашивая ее мнение о происходящем.
— Надутый болван, — с презрительной гримасой бросила она.
— А ты надеялась, что нас сразу попросят подать заявления о приеме?
— Ты заметил хоть одну женщину после того, как мы въехали в ворота?
Прежде чем согласиться, Ребус для верности посмотрел по сторонам. Внезапно послышался гул электромотора. Из-за здания клуба вывернул гольф-кар, за рулем которого сидел секретарь.
— Залезайте, — пригласил он.
— Может, нам лучше пройтись? — попробовал отказаться Ребус.
Секретарь, покачав головой, повторил приглашение; позади него было два обращенных назад мягких сиденья.
— Хорошо быть худенькой, — сказал Ребус, помогая Шивон устроиться.
Секретарь велел им держаться покрепче, и машина, издав скрежещущий звук, двинулась вперед со скоростью, чуть превышающей скорость пешехода.
— Здорово, — сказала Шивон, глянув на Ребуса с притворным восторгом.
— Как думаешь, начальник полиции тоже интересуется гольфом? — спросил он.
— Возможно.
— На этой чертовой неделе нам с тобой так не везет, что, пожалуй, мы на него сейчас наткнемся.
Но не наткнулись. Поле почти опустело, солнце уже садилось.
— До чего красиво, — произнесла Шивон, заворожено глядя на вершины гор за озером Лох-Ломонд.
— Поневоле вспоминается молодость, — сказал Ребус.
— Тебе доводилось здесь отдыхать?
Он отрицательно мотнул головой:
— Соседи отдыхали и всегда присылали открытки.
Повернувшись, насколько было возможно, Ребус увидел, что они приближаются к палаточному лагерю с собственной границей и охраной. Белые тенты, звуки волынок и громкие голоса. Секретарь остановил гольф-кар и кивком указал на одну из самых больших палаток с сияющими пластиковыми окнами и ливрейной прислугой. Шампанское текло в бокалы, на серебряных подносах подавались устрицы.