– Я подумаю об этом, – пообещал он.
– Подумай, пожалуйста, – откликнулась Фрэнсис. – Не вижу ни малейшей причины, по которой вы с Риком не сумели бы поладить.
В средневековых романах дама ставила перед кавалером невыполнимую задачу – найти Грааль, убить дракона. Расс подумал, что его прекрасная дама в охотничьей кепке требует от него убить дракона в своей душе.
Мэр Дэйли не убирал снег на улицах Инглвуда, пока в белых кварталах не отскребут всё до асфальта. Расс лавировал переулками, где снег порыхлее и колеса не так скользят, и проезжал знаки “Стоп”, не снижая скорости. Когда вдали показалась Община Бога, дело близилось к пяти часам. Чтобы вернуться домой к семи (тогда поездка не вызовет у Мэрион замечаний, которые она не преминет высказать Китти Рейнолдс), нужно разгрузить “фьюри” как можно быстрее.
Дверь в общественный центр была закрыта, свет над входом не горел. Расс позвонил, они стояли под невидимым снегом, Фрэнсис притопывала, чтобы согреться, наконец зажегся свет, и Тео Креншо открыл дверь.
– Я уж думал, вы не приедете, – сказал он Рассу.
– Да, метет сильно.
Рассу, как и в прошлый раз, померещилось, что Тео не желает замечать Фрэнсис, но сейчас это чувство превратилось в уверенность, когда Тео отвернулся от них и ногой задвинул под дверь деревянный упор.
– Я Фрэнсис, – весело сказала она. – Помните меня?
Тео, не глядя на нее, кивнул. На нем был растянутый велюровый пуловер, а брюки, которые должны были сидеть по фигуре, висели мешком. Казалось, ему неведомо тщеславие, побудившее Расса ради Фрэнсис надеть любимую рубашку и дубленку. Тоска городского священника, по воскресеньям милого прихожанкам, в прочие же дни такого одинокого в церкви, без обслуживающего персонала, без помощника, священника, чье годовое жалованье так скудно, что питается он преимущественно пищей духовной, промозглым декабрьским вечером ощущалась особенно остро. Расс подумал, что никем так не восхищается, как Тео, ведь он и есть самый настоящий христианин. По сравнению с Тео он ощущал себя настолько же благополучным, насколько чувствовал себя неудачником по сравнению с Риком Эмброузом, и Расс понимал, почему Тео встретил Фрэнсис, во всей своей белокурой прелести заявившуюся сюда из богатого пригорода, как незваную гостью.
Он с удовольствием отметил, что Фрэнсис сразу же взялась за дело и принялась носить коробки в общественный центр. Расс надеялся, что и Тео, увидев ее жизнерадостное усердие, потеплеет к Фрэнсис. К их приезду с продуктами и игрушками Тео, как всегда, отнесся по-деловому. Расс не ждал благодарности за подарки, а Тео не ждал, что они задержатся для светской беседы. Когда все коробки перенесли в помещение, Тео упер руки в боки и сказал:
– Хорошо. Утром придут женщины – вдруг кто-нибудь да заглянет.
– А мы с вами встретимся во вторник. – Расс хлопнул в ладоши и обернулся к Фрэнсис. – Правда?
Он увидел в ее руках плоский сверточек, обернутый в бумагу с Санта-Клаусом и перевязанный красной лентой.
– Можно попросить вас об одолжении? – Фрэнсис обратилась к Тео. – Пожалуйста, передайте это завтра Ронни. Скажите, что это от леди, с которой он рисовал.
В привезенных коробках этого свертка не было. Значит, Фрэнсис прятала его в кармане пальто. Расс пожалел, что она не предупредила его, потому что Тео нахмурился.
– Не стоит.
– Это всего лишь набор фломастеров. Ими удобно раскрашивать.
– Замечательно, – сказал Тео. – Какой-нибудь мальчик или девочка им очень обрадуется.
– Нет, это для Ронни. Я купила их специально для него.
– Прекрасно. Но лучше положите к остальным игрушкам.
– Почему? Он такой милый, почему я не могу сделать ему подарок?