- Что на ужин? – спросил спокойно, заглянув в комнату.
- Все, что найдешь, - кинула в ответ.
- Ладно. Понял.
И пошел на кухню «бренчать» кастрюльками.
- Вчерашний суп… Полина, а ничего другого нет? Ты дома, бл**ь, сидишь, можно было бы и заморочиться?!
Входная дверь снова громко хлопнула, оповещая о том, что муж ушел. Видимо, решил поужинать у мамы. Мамина кухня всегда вкуснее, - успокаивала себя.
Нельзя сказать, что между нами все совсем было плохо. Нет. Иногда даже вполне себе нормально, обычно, как и положено в любой семье: без скандалов, претензий. Егор мог рассказать о работе, а я с каждым разом понимала, что с таким успехом вскоре буду знать всю технику подетально, как и хитроумный схемы его нелегального заработка. В общем, жили себе и жили.
За неделю до запланированной поездки в роддом, пришла Сашка, так сказать с добрыми напутствиями и потом раз уж приехала на малую родину, то почему бы и не навестить подружку. Егор, на море удивление, обрадовался, даже попросил ту его дождаться.
- Хорошо, - хихикнула она. – Только ты хоть намекни в чем причина?
- Нужна кое-какая помощь.
Саня бросила удивленный взгляд на моего супруга и тому пришлось объяснить:
- Нужен дегустатор- собутыльник, - и подмигнул мне. – Полинка подробнее расскажет.
И в моей голове сразу же всплыл его бидон с брагой. Вот кому заняться не чем?
Дверь за Егором захлопнулась, а я же принялась рассказывать о домашней заготовке на рябиновом варенье. Сашка посмеялась и все-таки дождалась это чудо из гаража. А он с некоторым азартом готовился к сему событию: вымыл руки, тщательно вытер их полотенцем, достал кружки, взял банку и ушел в прихожую, чтобы спустя несколько минут появиться уже с полной «литрушкой».
- Свое, домашнее, Санек, - «пел» он, довольно улыбаясь.
Закуска появилась мгновенно, но, судя по лицам употребляющих, она особо и не нужна была. Саня охмелела с пары глотков.
- Слушай, Трунов, охрененная штука.
- Че? Повело?
Егор смеялся.
- Если только совсем чуть-чуть.
- Саш, ты закусывай, - предложила я.
- Все нормально, Полька.
Спустя полчаса подруга была близка к состоянию в «дрова», а потому Егор стал наливать ей через раз, чтобы та сумела добраться до дома на своих двоих. А меж тем разговор шел. Мы вспоминали детство: письма, что писали в «Башню» на имя Сергея Жукова, солиста группы «Руки вверх», но так и не отправили (потому что усердно делали ошибки, например, вместо слова кассеты, писали «каеты»), игру в «гардемаринов», где мы бегали по сопке за городом с палками, наш один на троих тамагочи (третья подруга уехала навсегда), неработающий магнитофон со времен «совка» и попытка: вернуть его реанимировать, которая, между прочим так и не увенчалась успехом. Вспоминать было что, было над чем посмеяться, над чем всплакнуть. Егор тоже вклинивался и тогда беседа заходила о великом и могучем времени: как «было» и как «стало». Детство супруга практически прошло в поселке у бабушки. Каждое лето по месяцу, а то по два они с братом проводили там. Лазили по деревьям, купались, играли в «Догоны» и «казаки-разбойники». И время для каждого из нас по сути не имело значения.
- Самое охрененное – это когда ты с весь измазываешься илом и на пояс вешаешь «Юбку» из веток, а-ля индейцы. И все пиздец, шуми поселок.
- Че реально, как индейцы? – интересовалась Саня, пытавшаяся состроить сосредоточенный взгляд.
- Ну, да.
- Прям без трусов?
За столом раздается хохот.
- Этому столику больше не наливать, - выдает Егор, закусывая огурцом.
- В трусах, Саш, - уточняю я. – Конечно, в трусах. Если б без трусов их бы дед высек.
Ближе к одиннадцати подружка собирается домой. Егора тоже порядком развезло, поэтому к такси провожаю Саньку я.
- Ты как?
- Нормуль. В добром здравии и трезвой памяти.
- На счет трезвой я бы поспорила, но не буду.
- Я поговорить с тобой хотела, Полин. При Егоре не стала.
- Так он с гаража явился… Могла всю душу излить пока его не было, - улыбаясь подмечаю.
- А вдруг бы зашел? Я знаю, как он к моему Витьке относится.
Пришлось остановиться на одном из лестничных пролетов и развернуть подружку к себе лицом.
- Погоди. Что не так?
- Да все не так, Поль. Все не так!