- Я люблю тебя, Полин.
«Да ладно?» - раздается удивленное в моей голове. Я ведь когда –то ждала этих слов, очень ждала, а сейчас они пустые.
- Я тебя нет.
Даже не ненавижу. Эту стадию уже прошла, она, ненависть, пылала во мне во время наших ссор, скандалов. Разъедала, жалила и убивала. А теперь ничего, абсолютно ничего…
Он смотрел на меня. Внимательно. Иначе. Как никогда раньше, или так, как давно уже не смотрел, и я умудрилась забыть.
Мысли, что гуляют в моей голове странные, неправильные, но более чем отчетливые. Я хочу руки, губы и ласку, но не мужа. Я думаю об измене.
Говорят, что мысль материальна. И эта идея приходила периодически в мою голову, но как только фантазии переходили к чему-то белее близкому и тесному, отвращение побеждало, оно сковывало, заставляло передергивать плечами и морщится.
*******
Говорят, что правильно вступать в новые отношения, поставив точку в предыдущих. Но я неправильная. Слишком неправильная. Потому что боюсь одиночества, хоть и готова тянуть на себе нашу дальнейшую жизнь с дочерью.
Говорят, сколько всего говорят, а я думаю, что если уходить, то не в пустоту и одиночество, а туда, где тебе будут рады.
Глава 6.
Глава 6.
Я точно знаю, что мне ничего больше не нужно, но все еще продолжаю жить в обстоятельствах, что предлагает семейная жизнь. Разваливающейся домик, меняем на практически такой же с чуть большими квадратами. Его строили, как временное жилье предыдущие хозяева. Неважно, зато наш. Открывается второе дыхание. Мне наплевать на мужа, но я кайфую. Впервые за долгое время получаю удовольствие не только от любимой работы, но и от того, что могу продумать что-то типа интерьера в собственном жилье. Совместить обои с декоративной штукатуркой или просто штукатуркой и окрашенной стеной. Вдохновение, которое в миг исчезает, когда рядом появляется Егор. Постоянно смотрящий в мое лицо, глаза и пытающийся там что-то найти. Увы, ничего доброго для тебя нет.
Новый год уже встречаем у себя дома. Приезжает Сашка со своим Витькой. Как обычно не умолкает, а я слушаю. Слушаю, слушаю и не слышу. Ни хера я не слышу и никого, уже давно.
- Эй, полька! Ты чего подвисла?
- Да, так, - отмахиваюсь, стараясь улыбаться сквозь силу.
Егор пытается реабилитироваться: часто касается, обнимает невзначай, прижимает, гладит кончиком носа мою щеку. А мне…. Мне пусто. Слишком пусто.
- Так, мать, пошли покурим, - выдает на полном серьеза Санька, при чем ни чуть не смущаясь наших мужчин, - Витя, у тебя сигареты на месте лежат?
- Да.
- Ну, все. Пошли.
- Какого? – Егору не нравится.
Он покрепче сжимает мое запястье и старается притянуть к себе, когда прохожу мимо.
- Такого. Мы подышим.
На улице зябко. Потуже затягиваю пояс на пуховике, пока Сашка подкуривает первую сигарету и протягивает ее мне.
- Я не хочу…
- Держи, говорю. Иногда полезно.
Я затягиваюсь. Чувствую, как дым заполняет меня изнутри, как легкая дымка касается глаз.
- Рассказывай.
- Чего рассказывать, Саш? Рассказывать нечего. Все нормально.
- Ага. А чего тогда такая напряженная?
- Устала, как собака. Работа, ремонт. Настя еще накануне приболела, - вру.
По каждому пункту. Я устала не от того, что мне нравится. Я устала от постоянного стресса. Устала.
Девчонки с работы говорят про меня: «с жиру бесится», мол все есть, муж херачит не покладая рук, а это правда. Я вот только какая-то пришибленная, неправильно думающая. Мало мне всего мало….
В памяти ни на роком всплывает сентябрьская ссора. Казалось бы, ничего сверх естественного – муж, жена и магазин мебели, точнее диван.
*****
Все как у всех, все до банального просто. Его ставка на тот, что по дешевле и неважно, что он не вписывается в интерьер, а мой выбор, как раз-таки из серии «то, что нужно». Уступаю. Покупка оплачена из его» кармана», значит Егору и решать. До дома в машине в полной тишине. Ощущаю свое очередное бессилие. И это верно: миром правит тот, кто оплачивает бал. Его оплатил Трунов, с лихвой. Смотрю в окно, не замечая увеличивающуюся скорость машины. Резко по тормозам до упора. Встряска. Испуга нет, а вот непонимание момента, оно безусловно присутствует. Внимательно вглядываюсь в его глаза. Они черные, не потому что это его цвет глаз, а потому что там столько злости и ненависти, что становится противно.
- Ты совсем о*уела?! – кричит, а я молчу.
- Совсем?! Я тебя спрашиваю! Какого хера ты мне тут свой характер показываешь?! А?!